- И поэтому ты каждый день после школы приходила в мою комнату и читала там. Чтобы у меня было мало возможности совершить задуманное.
- Да, приблизительно так. А потом ты к нам начала возвращаться, шаг за шагом.
У Алекс защипало глаза.
- Вы спасли меня.
- Мои родители любили тебя. А я люблю до сих пор. – Мередит откашлялась. – Алекс, ты можешь вспомнить, откуда у тебя взялись эти таблетки?
Алекс задумалась. Попыталась сосредоточиться на тишине.
- Я помню, что разжала кулак, а они там. Мне было все равно, откуда они взялись.
- Все трое Крайтонов обнимали тебя на прощание.
Алекс тяжело сглотнула:
- Я знаю. Это я помню.
- Я все время задаюсь вопросом, вдруг это кто-то из них дал тебе таблетки.
Алекс оторвалась от стекла. Ей вдруг стало холодно.
- Зачем? Зачем кому-то из них делать что-то подобное?
- Не знаю. Но сейчас, когда мы узнали об Уэйде и Саймоне,.. и Алисии… это не кажется чем-то невероятным. Вполне возможно, что именно в этом кроется причина твоей бурной реакции на имя Крейга.
Алекс вздрогнула:
- Ты всегда об этом знала?
- Да. Но думала, что ты разберешься с этим сама, когда будешь готова. Легко было просто не произносить его имя. Но сейчас… мы должны выяснить. Нам необходимо знать, что все-таки произошло тогда. Это необходимо для Бейли и Хоуп, и для тебя самой тоже.
- И для Джанет, и Клаудии, и Джеммы, - добавила Алекс. – Для Шейлы и всех остальных девушек. – На нее вдруг навалилась тоска. – Так много разрушенных жизней.
- Но только не твоя. И не Хоуп. Бейли смогла изменить свою жизнь ради Хоуп. Не позволяй разрушить ее сейчас.
- Конечно, не позволю. Я разыщу Крейга и узнаю, что ему известно. – Алекс стиснула зубы. – Я войду в дом. Поднимусь по лестнице. Даже если это и убьет меня. – Она втянула голову в плечи. – Извини.
- Дэниел рассказал мне о твоей панической атаке на лестнице. Доктор Маккрэди и я разговаривали вчера о том, нельзя ли подвергнуть Хоуп гипнозу, чтобы разрушить блок, который она возвела в своем сознании. Как ее опекун, ты должна подписать свое согласие.
- Естественно.
- А потом мы проведем сеанс с тобой.
Алекс со свистом втянула воздух:
- В этом доме?
Мередит коснулась ее щеки:
- Подумай хорошенько, может, уже пора?
Алекс кивнула:
- Да, пора.
Агент Талия Скотт была из местных жителей. Эта женщина с любезной улыбкой, которая действовала на людей, ставших жертвами, очень успокаивающе. Но Дэниелу уже приходилось с ней работать, и он точно знал, что любой, кто испытал ее в спецназе (кто служил с ней в спецназе), никогда не назовет ее «любезной».
Сейчас она сидела напротив него за столом и смотрела так, будто у него не все дома.
- Будь я голливудским продюсером, я бы точно получила бы права на эту историю.
- Ты даже не поверишь, какие мне делали предложения, - мрачно ответил Дэниел.
- Ладно. Шесть женщин из пятнадцати были опознаны. – Талия перебирала фотографии, но слегка поджатые губы выдавали отвращение. – Две из них мертвы.
- Три. Трое мертвы, - поправил ее Дэниел. – Алисия, Шейла и Синди Боуз, которая несколько лет назад совершила самоубийство. У нас есть еще три имени. Гретхен Френч живет здесь, в Атланте, Карла Соломон – в Даттоне, Рита Даннер – в Коламбии.
- Женщинам сейчас около тридцати, Дэниел, - заметила Талия. – Возможно, они не захотят об этом рассказывать. Особенно потому, что они сумели построить свою жизнь и наладить отношения с людьми, которые об этом ничего не знают.
- Это понятно, - ответил Дэниел. – Но мы должны заставить их рассказать все, что они знают. Нам необходимо выяснить, кто видит для себя опасность в происходящим, да такую, что наносит встречный удар.
- Ты считаешь, что один из тогдашних насильников убил этих трех женщин?
- Нет. Кто бы это ни сделал, он хотел, чтобы мы вспомнили об убийстве Алисии. Кроме того, она есть на фотографиях.
- Как и Шейла. – Талия коротко кивнула. – Тогда за работу.
Ягуар ждал, когда он остановится рядом с ним. Стекло опустилось.
- Ты опоздал, - прошипел его визави. Потом добавил презрительно, - жалкий у тебя видок.
Да, опоздал, да жалкий. Прошлой ночью он напился вдрыбадан, и, не раздеваясь, рухнул ничком на кровать. Его разбудило жужжание мобильника в кармане брюк.
- Я не успел побриться. – На самом деле, он не испытывал желания смотреть на себя в зеркало. Он не мог вынести своего собственного вида.
- Это был досадный просчет. Соберись и работай дальше.
Досадный просчет. Закипавший гнев развязал ему язык.
- Один из моих помощников мертв. Вряд ли можно говорить о просчете.
- Он был деревенщиной с пистолетом, которому хотелось играть в грозного городского копа.
- Ему было всего двадцать один. – Голос сорвался, но он слишком зол, чтобы этого стыдиться.
- Тогда ты должен был бы обеспечить жесткую дисциплину в своих рядах. – Никакого сострадания в голосе не слышалось. Только презрение. – В следующий раз пусть твои парни сначала слушают тебя, прежде чем бросаться на злых ребят с большой пушкой.
