Они продолжили тренировку, но мысли обоих были далеко от упражнений с мечом. Облака собирались над Ладогой, и не только в буквальном смысле — небо действительно заволакивалось тяжёлыми серыми тучами, предвещая грозу.
Днём Виктор получил неожиданный приказ от Рюрика — сопровождать князя в поездке к священной роще недалеко от Ладоги, где должны были проводиться подготовительные ритуалы перед большим празднеством полнолуния. Это была идеальная возможность понаблюдать за Рюриком вблизи и, возможно, узнать больше о его планах.
Они выехали небольшим отрядом — князь, Виктор, Олав и четверо дружинников, включая Велимира, которого Виктор специально попросил включить в сопровождение. Рюрик был необычно молчалив во время поездки, его взгляд часто останавливался на дальних холмах, словно он видел там что-то, недоступное другим.
Священная роща располагалась в нескольких верстах от города, на небольшом холме, окружённом болотистой низиной. Это было древнее место поклонения, существовавшее задолго до прихода Рюрика в эти земли. В центре рощи стоял исполинский дуб, вокруг которого были расставлены деревянные идолы местных богов — Перуна, Велеса, Мокоши и других.
Когда они достигли рощи, их уже ждал местный волхв — старик с длинной седой бородой и глазами, полными мудрости и затаённой тревоги. Он поклонился князю, но в его движениях чувствовалась настороженность.
— Приветствую тебя, князь Рюрик, — произнёс он дрожащим голосом. — Священная роща готова для твоего ритуала, как ты приказал.
— Хорошо, — коротко ответил Рюрик. — Ты принёс всё необходимое?
— Да, княже, — кивнул старик. — Травы, коренья, мёд и вино для возлияний. Но… — он замялся, — если позволишь сказать, старые боги не одобряют изменений в традиционных ритуалах. То, что ты просил сделать…
— Я не спрашивал твоего мнения, старик, — резко оборвал его Рюрик. — Делай, как приказано, или я найду другого волхва, который будет более послушным.
Старик съёжился от этих слов, но не осмелился возразить. Он повёл князя к центральному дубу, где был приготовлен небольшой алтарь из речных камней. Виктор и остальные остались на расстоянии, достаточном для того, чтобы сохранить видимость уважения к священнодействию, но при этом иметь возможность наблюдать.
— Что происходит? — тихо спросил Велимир, стоя рядом с Виктором. — Почему князь так грубо обращается со старым волхвом?
— Рюрик больше не уважает старых богов, — так же тихо ответил Виктор. — Он нашёл нового покровителя, более могущественного и опасного.
Они наблюдали, как князь и волхв что-то делали у алтаря. Рюрик достал из-за пазухи тот самый амулет из тёмного металла, который Виктор заметил раньше, и положил его в центр каменного сооружения. Волхв, явно нервничая, разложил вокруг амулета травы и коренья в определённом порядке, затем полил всё это смесью мёда и вина.
— Начинай, — приказал Рюрик, и старик, глубоко вздохнув, начал петь древнее заклинание на языке, который даже Виктор с его знанием множества древних наречий понимал лишь частично.
По мере того как волхв пел, небо над рощей становилось всё темнее, хотя до заката оставалось ещё несколько часов. Ветер усилился, деревья зашумели, словно переговариваясь между собой. Виктор почувствовал странное напряжение в воздухе, похожее на то, что предшествует грозе, но более тяжёлое, более… неестественное.
Амулет на алтаре начал светиться тусклым красноватым светом, и Виктору это до боли напомнило цвет дымного существа, которое он видел в храме Перуна. Рюрик смотрел на амулет с таким жадным восторгом, что казалось, он вот-вот схватит его, несмотря на свечение.
Внезапно пение волхва прервалось. Старик закашлялся, схватился за горло и упал на колени. Из его рта потекла тёмная жидкость, похожая на кровь. Рюрик не бросился на помощь, а просто стоял и наблюдал с холодным любопытством.
— Богами клянусь, — прошептал потрясённый Велимир. — Он умирает!
Виктор сделал шаг вперёд, инстинктивно желая помочь, но Олав, стоявший неподалёку, остановил его жестом.
— Не вмешивайся, Клык, — тихо, но твёрдо сказал советник. — Это часть ритуала. Старик знал, на что идёт.
— Он отравил его? — спросил Виктор, не скрывая отвращения.
Олав не ответил, лишь отвернулся, его лицо выражало смесь страха и смирения.
Волхв упал лицом в землю и больше не двигался. Рюрик подождал несколько мгновений, затем подошёл к телу и перевернул его ногой. Убедившись, что старик мёртв, князь взял амулет с алтаря — теперь уже не светящийся — и снова повесил его на шею.
— Возвращаемся в Ладогу, — объявил он, как будто ничего необычного не произошло. — Ритуал завершён успешно.
— А как же тело? — осмелился спросить один из дружинников.
— Оставьте его здесь, — равнодушно ответил Рюрик. — Лес поглотит его. Так должно быть.
Они вернулись к лошадям и отправились обратно в город. Виктор ехал рядом с Велимиром, который был бледен и молчалив. Юноша никогда раньше не видел такой хладнокровной жестокости, особенно от человека, которому поклялся служить.
