― Он не так давно рассказал мне, ― призналась я. ― Но я и сама кое-что слышала.
Вайатт мельком посмотрел на крыльцо, потом снова на меня.
― Ты действительно очаровала старика.
Я ожидала, что Вайатт разозлится, но он словно испытывал благоговение.
― Они с Бингхемом пришли к соглашению, что Бингхем оставит семью Хэнка в покое.
Я посмотрела Вайатту в глаза.
― Вайатт, Хэнк назвал родственниками нас обоих.
― Но все же он вышвыривает меня со своей земли, ― на его лице отразилось удивление.
― Просто расскажи ему, откуда ты узнал про дилера из Атланты. Он просто хочет знать, что может доверять тебе.
― Я никогда не делал ничего, что было бы во зло ему, ― выплюнул Вайатт. ― Никогда.
― Ты сам говорил мне, что доверие надо заслужить, ― возразила я. ― Заслужи его, рассказав, откуда тебе это известно.
― Я не могу, Карли, ― произнес Вайатт надломившимся голосом. ― Я поклялся, что никому не скажу, а мое слово кое-что для меня значит.
― Ты работаешь на шерифа? ― спросила я. ― Или на какие-то правоохранительные органы, чтобы их остановить?
Он резко усмехнулся.
― Ты пересмотрела слишком много чертовых фильмов и телевизионных шоу. Нет, я не работаю на правоохранительные органы. Им плевать на то, чем я занимаюсь. Им плевать на все, что здесь происходит, только если это не помогает им набить карманы.
Вайатт выдохнул.
― Только между мной и тобой, и никем другим, поняла?
Он бросил еще один мимолетный взгляд на Хэнка.
― Больше никому. Старику не понравится, что я поделился секретом только с тобой, и, скорее всего, он вышвырнет тебя следом за мной, если узнает.
― Ты знаешь, что у меня тоже есть секреты, Вайатт, ― сказала я. ― Ты можешь доверять мне.
― Я работаю над тем, чтобы посадить моего отца, и это делает обвинения Хэнка смехотворными. У меня есть люди, которых я для этого использую, и я не могу раскрыть свои источники.
― Твой отец имеет какое-то отношение к поступлению наркотиков?
― Не знаю. Сомневаюсь, но я узнал про Атланту среди прочего.
Был ли его источником информации Карсон? Поэтому тот хотел поговорить со мной?
― Вайатт, ― окликнул его Хэнк. ― У тебя было достаточно времени, чтобы попрощаться. ― Уезжай!
Вайатт схватил меня за руку и заглянул мне в глаза.
― Померяй ему сахар. Он становится вредным, когда тот повышается.
― Он же не пристрелил бы тебя, так? ― спросила я.
― Нет, ― мягко ответил он. ― Он поостынет через пару дней, но эти несколько дней тебе придется провести с ним одной. И кто присмотрит за ним, пока ты на работе? Кто присмотрит за тобой, пока ты спишь?
― Без обид, Вайатт, ― сказала я, ― но тебя здесь не было, когда это случилось. Тот парень, что влез к нам, знал, что тебя здесь не будет.
Вайатт помрачнел.
― Кто знал, что я здесь останусь?
― Не знаю, ― ответила я. ― Макс. Рут, хоть я сомневаюсь, что она знала, что ты собираешься остаться на ночь.
― Об этом не сложно было догадаться. Ей лишь нужно было проехать мимо.
Я посмотрела на него, прищурив глаза.
― Ты думаешь, Рут имеет к этому какое-то отношение? ― я затрясла головой. ― Послушай, я знаю, что вы друг друга не перевариваете, но согласись, что это притянуто за уши. Какая ей от этого выгода?
― Может быть, ей кто-то угрожал. А, может, они предложили ей денег. Она не рассказывала тебе ни о каких крупных приобретениях?
Я ни за что не стала бы говорить ему, что она болтала о покупке дома менее, чем восемь часов назад.
― Ты лаешь не на то дерево.
― Разве? Потому что я вижу мало деревьев, Карли, и подозреваю, что это не последний парень, который придет по твою душу. Когда я уеду, между ними и тобой будет стоять лишь одноногий старик с ружьем.
― Этот одноногий старик с ружьем уже спас мне жизнь.
― Не уверен, что на это можно рассчитывать снова.
Вайатт бросил взгляд на Хэнка, а затем снова посмотрел на меня.
― Ты знаешь, кто влез в дом?
― Парень по имени Сесил Абрамс. Один из людей Бингхема.
Вайатт ничего не сказал, выражение его лица было непроницаемым, так что я не знала, удивлен он или нет.
― Тебе это о чем-нибудь говорит? ― спросила я.
― А тебе это о чем-нибудь говорит? ― повторил он мой вопрос.
Я удрученно вздохнула. Я не хотела бороться с ним. Я так устала от борьбы и хотела, чтобы Вайатт был именно тем, кем казался.
Выражение его лица смягчилось.
― Ты устала. Иди в дом и ложись спать. Завтра я отвезу тебя на работу. Ты работаешь в вечернюю смену?
― Да.
― Позвони мне, если возникнут проблемы. Мой домашний и номер гаража написаны на листке, висящем сбоку на холодильнике.
Бросив последний взгляд на Хэнка, Вайатт сел в свой эвакуатор и уехал.
Хэнк качал головой, когда я поднималась по ступенькам на крыльцо.
― Есть лишь одна причина, по которой он не стал бы отвечать на твой вопрос. В этом как-то замешан его отец.
― Он терпеть не может своего отца, ― сказала я, устало поднимаясь по ступенькам. ― Я не верю, что он когда-либо пойдет против вас, Хэнк. Вы причинили ему боль, прогнав его.
Хэнк молчал.
― Я устала. Знаю, что и вы устали. Пойдемте в дом, померяем вам сахар перед сном.
― Мне не нужно проверять мой чертов сахар, ― проворчал Хэнк, позволив мне помочь ему встать с кресла.
