Из всего этого вытекают опять два противоположных вывода: первый — убийцы принесли с собой стамеску, а потом случайно забыли на месте преступления. Второй, и который кажется автору наиболее вероятным состоит в том, что при обыске дома убийцы случайно нашли потерянную стамеску, а потом уж оставили на витрине. Возможно это было сделано специально, чтобы сбить полицию с толку. Следует заметить, что это им удалось.
Полиция провела ещё один арест. Обвинение предъявили мужчине, который всем хвастался, будто знает убийц. Его допросили и посадили в тюрьмк. После тщательно допроса, а что он был тщательным и обстоятельным, сомневаться не приходится, его отпустили, а все разговоры были признаны ложными. Был и ещё один подобный арест и такое же решение. Что касается плотника Пафа (его имя в документах не значилось и осталось неизвестным), то в конечном итоге все обвинения с него и его подручных были сняты. Вскоре появилась довольно интересная информация, а именно, что была замечена выкинутая кем-то окровавленная одежда. Вот заявление официальных властей:
Судя по этой информации, что убийцы выкинули окровавленную одежду. Этот шаг был предсказуем и логичен. Окровавленная одежда могла вызвать много вопросов среди соседей, да и со стиральными машинами и моющими средствами в то время было довольно туго: их не было. Именно поэтому избавление от окровавленной одежды шаг с точки зрения убийц правильный.
14 декабря 1811 года была увеличина награда за информацию об убийцах от ста до пятисот фунтов — это действительно была огромная сумма. К этой награде добавлялись пятьдесят фунтов от прихода Святого Георгия, двадцать — от речной полиции Темзы и пятьдесят гиней лично от достопочтенного Томаса Боуэса.
Семью Марров похоронили на следующий день, в воскресенье, почти ровно через неделю после их убийства. На похороны собрались почти все жители, а их ужасную смерть оплакивал весь город. А уже в понедельник, 16 декабря в деле наметился прорыв. Был арестован некий Томас Найт. Это был весьма перспективный подозреваемый, как бы выразились в наше время. Итак, что же вменяли в вину Томасу Найту?