Выдержав намеренно длинную паузу, для чего Михаил Борисович вроде как углубился в деловые бумаги, он, наконец, поднял голову и, словно только теперь заметив старшую медсестру, с подчеркнутой любезностью сказал:
– Пожалуйста, проходите, Ирина Семеновна… Присаживайтесь, – он пристально, не мигая, посмотрел прямо ей в глаза, хорошо зная силу своего взгляда. – Разговор нам предстоит серьезный, – решил сразу брать быка за рога Бабанович. – Так что устраивайтесь удобнее…
Против его ожидания, Ирина Семеновна ничуть не смутилась, спокойно выдержала его взгляд, подошла к столу и села на предложенное ей место. И опять устремила на Бабановича безмятежной ясности серые глаза, всем своим видом давая понять, что она готова к любому разговору. В какой-то момент Михаил Борисович даже засомневался: а в самом ли деле более чем сносное состояние Иванова – дело рук старшей медсестры? Но, тут же и одернул себя: доступ в бокс номер один имели только он, Ирина Семеновна и медсестра Олечка, лишь два дня назад вернувшаяся на работу после отпуска по уходу за ребенком.
– Как дела, Ирина Семеновна? – осторожно начал разговор Бабанович.
– Нормально, – удивленно взглянула на него старшая медсестра. – Валентину Свинцову и Анастасию Кабышеву из четвертой палаты по вашему распоряжению готовим на выписку… Морозова уже перевели из третьей палаты во вторую, усилили контроль за соблюдением распорядка дня и режима питания…
– Хорошо, – движением руки Бабанович остановил служебный отчет Ирины Семеновны. – В ближайшем будущем нам надо будет продумать эвакуацию больных из второго корпуса. Видимо, придется уплотнить палаты в первом и временно занять комнату отдыха, ну и самых легких разместим в коридорах… А что делать? – Бабанович развел руки. – Ничего, потерпят… Возражающих и наиболее легких – переведем на дневной стационар.
– А что будет во втором корпусе? – удивленно вскинула тонкие брови Ирина Семеновна.
– Ремонт, – коротко ответил Бабанович, исподлобья глядя на старшую медсестру.
– Как! – не сдержала радостного порыва Ирина Семеновна. – Нам дали финансирование?
– Дали, – слегка крякнул от удовольствия Михаил Борисович, до предела довольный реакцией Ирины Семеновны. – В декабре и начнем ремонт… Подрядчики у меня есть, сидят без работы, так что с этой стороны – никаких проблем.
– Вот здорово! – Ирина Семеновна даже раскраснелась от волнения. – Мне кажется весной, когда начнет таять снег, перекрытия над вторым корпусом точно не выдержат… Там и так уже штукатурка с потолка на кровати сыпется… А в первой палате в углу все инеем покрылось и позеленело. Видимо, грибок.
– Кстати, вы Мурадова из этого угла перевели? – нахмурился Михаил Борисович, давший распоряжение об эвакуации больного.
– Конечно, перевели, – даже обиделась Ирина Семеновна. – Сразу после обхода…
– Вот и хорошо, очень хорошо, – Бабанович вновь уставился прямо в глаза Ирины Семеновны. – А теперь расскажите мне, Ирина Семеновна, как проходит реабилитационный курс Иванов из первого бокса?
– Иванов? – побледнев, переспросила Ирина Семеновна. – А… как он может проходить?
– Именно это я и хочу услышать от вас. И давайте – начистоту. – Михаил Борисович слегка усмехнулся. – А иначе у нас разговора не получится, и мне придется сделать соответствующие выводы…
