Села на постели, сонно хлопая глазами и не понимая, что это сейчас такое было. А помимо этого, в душе появилось совершенно необъяснимое чувство тревоги. Словно что-то надвигалось. Уж не один ли из братьев отвлёк Сафрина? Моё исчезновение по идее уже должны были обнаружить. И вполне вероятно, что как раз распространение данной информации заставило мужчину отвлечься и прервать наш разговор.
От этой мысли внутри стало как-то не хорошо и я, поднявшись, подошла к одному из двух имеющихся в комнате окон. Посмотрела на море, плещущееся внизу, и подумала о том, что надо найти Эву и узнать о каком плане она говорила. Всё равно больше уснуть не смогу, а время не стоит на месте.
Однако стоило только мне повернуться в сторону двери, в намерении осуществить задуманное, как та распахнулась и через порог торопливо переступила старшая из Покинутых Жемчужного дома, держа в руках небольшой сундучок. Увидела меня и, обрадовавшись, воскликнула:
— Хорошо, что ты уже проснулась, Криста! Поможешь мне подготовиться к ритуалу?
— К ритуалу? — вырвалось у меня непонимающее, в то время как в душе, после прозвучавших слов, завозился червячок беспокойства.
— Да, — кивнула женщина, не глядя на меня, и направилась к столу, за которым мы недавно ели.
Поставила на него свою ношу и принялась выкладывать на столешницу толстые и высокие белые свечи.
— Я всё проверила, и мы можем привести в действие мой план.
— Правда? А в чём он состоит вы не хотите мне рассказать? И поможет ли вообще?
— Поможет! — уверенно произнесла блондинка и наконец отвлеклась от своего занятия, чтобы посмотреть мне в глаза. — А знаешь почему?
— Нет.
— Потому, что люди не смогут отказать одному из Владык, Криста! Побоятся! Вот только в действительности явится в Аластрион не кто-то из них, а ты, девочка. Расскажешь о вероломстве мага, что вытащил в Джалис иномирянку и потребуешь, чтобы её, то есть тебя, вернули назад. Как тебе такой план?
— Полное безумие! — честно сообщила собственное мнение. — Не говоря уже о том, что я совершенно не представляю, как подобное вообще можно воплотить в жизнь.
— Можно, — усмехнулась Эва. — И в настоящего мужчину ты не превратишься, не бойся. Совершить подобное никому не под силу. Это будет иллюзия, которую сможешь снимать и возвращать назад по своему желанию. Но очень качественная, поверь. Не встретишь оригинал, сами братья этого Владыки не заподозрят подмену.
— Так уж и не заподозрят?
— Нет. Если не станешь вести с ними долгих бесед. От меня Владыки правды тоже не узнают, так как я планирую сразу после твоего ухода выпить зелье, которое позволит мне забыть события последних суток. Никто не узнает твоего секрета, Криста. Я же сама попрошу тебя лишь об одном.
— Слушаю, — кивнула я, внимательно посмотрев на стоящую напротив женщину.
— Расскажи родителям обо мне. Я всегда была любимой папиной дочкой и мой уход дался ему даже тяжелее, чем маме. Скажи им, что я жива. Что по-прежнему помню и люблю их. Об этом никто не говорит вслух, но провожая избранных Владык, жители Аластриона каждый раз прощаются с ними. Почитай, что хоронят. И знамя на шпиле королевского дворца приспускают в знак траура. Я не хочу, чтобы близкие считали меня умершей.
— Хорошо, Эва, — решилась я, точно в омут с головой бросилась. — Но сначала скажите, откуда у вас такие возможности? Иллюзия, зелье… все это не рядовые вещи, которые есть в арсенале каждого дара морских повелителей!
— Откуда? — на губах моей собеседницы появилась неожиданно горькая улыбка, а её пальцы нервно сжали край стола. — Да всё очень просто, девочка из иного мира. Я была когда-то младшей из трёх дочерей Кальмо V, правящего в ту пору Аластрионом. Сейчас же, полагаю, моего отца на этом посту сменил старший брат.
— Что? Так вы…
— Принцесса? Да. Во всяком случае была ею когда-то. Однако высокий статус, как и наличие магического дара, не спасли меня ни от доли избранной, ни от судьбы брошенной. В восемнадцать лет я получила свою жемчужину, а когда вышел срок оказалась здесь.
— Простите, что заставила вас об этом вспомнить, — пробормотала я, ощутив себя неловко, стоило собеседнице замолчать.
— Ничего, — вздохнула та, однако было заметно, как нелегко хозяйке комнаты далось произнесение этого одного-единственного слова. — Ты ведь не знала и задаёшь вполне логичные вопросы. Есть ещё что-то, о чём хочешь спросить? Если да, то спрашивай, и начнём ритуал. На него потребуется время, которого у нас, быть может, уже и нет почти.
— Есть у меня вопрос. Один. А касается он…
— Детей, так? — на губах старшей из Покинутых Жемчужного дома снова появилась улыбка. И какая! Мне аж страшно стало.
А женщина между тем продолжила говорить, демонстрируя этот жуткий, болезненный оскал.
— Я не знаю, по какой причине ни один из Владык так и не смог обзавестись потомством. Большая его часть погибала ещё в утробе матерей, а те дети, кто всё-таки смогли увидеть белый свет, переставали дышать на следующие же сутки, несмотря на то что видимых причин тому не было никаких. Они рождались абсолютно здоровыми.
