– Эдвард. Дело в том, что мне поведал о вас знакомый, забредший в вашу лавку в Нуоре. Он хотел купить занавеску и обратился к вам за помощью. А вы посоветовали замечательный товар. «Именно то, что мне и было нужно», – так говорил тот знакомый. А моя подруга как раз нуждается в мотке хорошей шелковой ткани.
– А чем она занимается, если не секрет? – бровь торговца прыгнула вверх.
– Моделирует модные платья для показов. Но в ее обязанности входит и закупка материала. На подходе осенняя коллекция, но две последние доставки ткани не порадовали качеством. Плохо растягивается, легко рвется. И вдруг я узнаю, что вы перебрались в Марбург, открыли магазин на Главном Рынке и есть бесценная возможность получить профессиональную консультацию и закупить подходящий товар.
Толстяк пришел в полный восторг.
– Конечно, конечно, – закивал торговец. – Вот только чай допьем и сразу приступим к делу. Я покажу вам лучшую ткань визари. Эти крылатые пройдохи знают свое дело. А пока расскажите о себе. Кем вы работаете, Перси?
– У меня несколько источников дохода. Один из них – внештатное сотрудничество с фирмой подруги-дизайнера. Видите ли, я улаживаю некоторые проблемы. Например, поиск опытного специалиста в тканях. Специализация может показаться странной, и все же я отлично выполняю работу. Встреча с вами – тому лишнее доказательство!
– Вы мне льстите!
Мы мило пообщались. Слава Хранителю, Эдвард недолго интересовался лже-личностью гостя, его больше занимала другая тема. В течение нескольких минут я набрался бесполезных знаний про все виды тканей, их свойства и особенности производства.
Вскоре мы вернулись к лоткам, и Эдвард показал весь ассортимент имеющегося товара. Определившись, я посетовал, что опрометчиво забыл дома деньги, и пообещал зайти в другой раз.
– Обязательно приходите, – ворковал торговец. Похоже, для него я превратился в лучшего друга. – Цена не самая…
– Деньги не имеют значения, – отрезал я, строя из себя важную шишку.
– Уверяю, ваша подруга не разочаруется. Пусть взглянет сама, а я дам комментарии и отвечу на любые вопросы. И еще… Позвольте поинтересоваться, Перси – договор с прошлым производителем расторгнут?
Деловая хватка Эдварда восхитила. Я продолжил импровизацию, хмыкнув:
– Конечно! Первая партия негодного шелка была списана на досадную ошибку, но вторая оплошность непростительна. Мы перестали сотрудничать с тем магазином, так что вполне реально заключить новый контракт. С вами, Эдвард.
Тот расцвел.
– Приходите завтра вместе с ней и все попутно решим. Обсудим детали за стаканом домашнего лимонада.
Однако на следующий день я встретился не с Эдвардом Ричем, а с девочкой-призраком, велевшей мне отправить на тот свет самого безобидного человека в мире.
Крупные капли дождя стучали об землю, подобно сотне свихнувшихся барабанщиков. Ритмично, слаженно, без единой ошибки в однообразной мелодии.
Я не обращал никакого внимания на непогоду. Смотрел из-под капюшона на темную громадину семейного поместья, чьи хозяева погибли страшной смертью. В его окнах не должно быть света, однако желтый прямоугольник на первом этаже свидетельствовал об обратном. Сорваться в Клири удалось только после завершения учебной недели, в конце месяца. Глядя из окна кареты на проплывающий мимо пейзаж, я думал о том, что вполне возможно девочка-призрак бежала этой дорогой от своего преследователя. В маленьком сердце теплилась надежда, инстинкты вживания принуждали двигаться тяжелеющие от усталости ноги, а стайка ворон, сейчас занявшая верхние ветви, с тем же равнодушным безучастием наблюдала за погоней.
И теперь мне выпала возможность наказать злодея! Он не имеет права дышать воздухом и жить в доме своих жертв, как ни в чем не бывало. Человек по имени Винсент смог убедить местных, что овдовевшая мать с дочерью продали свое родовое гнездо и отправились далеко на восток, за Драконий хребет, в поисках убежища. Подделал нужные документы, дал на лапу старосте деревни, чтобы отделаться от нежеланных вопросов и подозрений, и чтобы жителей Клири, желающих выведать истину, отправляли на кол.
И самому тупому великану ясно, что от властей не стоит ждать справедливости. Следует навести ее самому.
Эмоций нет. Словно какой-то волшебник выжег изнутри все чувства при помощи магии. Картинка мира потускнела, окрасилась серыми тонами, выцвела. Я облачился в черную одежду и дождался темноты, чтобы исключить случайных свидетелей. С этой точки зрения, повезло с погодой – разбушевавшийся дождь держал жителей в заточении четырех стен почище любого тюремного надзирателя.
Больше нельзя медлить. Удачнее момента не придумаешь.
Я побрел в сторону поместья. Выполняя задания ордена, я убил много людей, шамолов, светлозаров, визари, но только от этого убийства получу удовольствие.
Вдоль стены поместья расположился ряд клумб, но завядшие цветы выглядели жалко. Новый хозяин не считает нужным ухаживать за ними. И пока я шаг за шагом приближался к крыльцу, вспомнился последний разговор с призраком.
