«Никаких. Передай последнее, прежде чем мы все начнем притворяться. Я хочу сберечь вас. Наша цель — понять, как этот мутант перемещается в пространстве и уничтожает линии. Тогда мы сами освободимся от Нитей Связи. А когда вернемся в Авведо, Полный Круг ещё пожалеет, что отправил нас сюда! Это я обещаю вам как жрец Нээрос».
Комментарий к Глава 16. Отступники (1) Лаир – двойной круг, вписанный в семиугольник – символ отступника.
(2) Римлата – фруктовое растение, чей период обильного цветения и плодоношения продолжается восемь месяцев, однако потом дерево полтора года не дает плодов. Сок жирный, как сливки, чуть сладкий, с легким запахом цветочной пыльцы.
(3)”Наэммо” – заверение в том, что говорящий полностью отвечает за свои слова и готов понести наказание, если сказанное им окажется ложью по любой из причин.
(4) Дорнэма – высокое растение зеленого цвета. На одиночном стебле вырастает гигантский шар, заполненный голубоватыми плодами размером с персик. До Катастрофы плоды были съедобны и имели кисловатый привкус с пряным запахом. После Катастрофы переродились в сорняк (акку).
(5) Нистрама – подводное растение, дважды в год верхняя часть с ярко-оранжевыми плодами оказывается над поверхностью водоемов, поблизости от берега. Горькое несъедобное растение. Многие дети из-за привлекательного вида плодов собирают их, чтобы потом высушить и играть. Сухой плод напоминает резиновый мяч.
====== Глава 17. Планы Кьюта, заботы Дакуса, тревоги Даэны ======
Столь оскорбительных речей Гиррэ и Римару отродясь не доводилось слышать. Едва очутившись в поселении, Кьют назвал своих новых соплеменников глупыми кроманами и трусливыми вешшенами, обвинив в умышленном бездействии.
— Что вы сделали за десятки прожитых лет, чтобы обрести свободу? Да ничего! Вы просто тряслись, отсиживаясь в заплесневелых норах, хотя могли бы давно узнать то, что открылось мне. А ведь я нахожусь среди вас совсем недолго, но уже выяснил об этом месте намного больше вашего! Однако я не скажу идиотам и трусам, как спастись, потому что вы того не заслужили. Вы смирились с судьбой, позволили Кругу Совета вытереть о вас ноги! И кто вы после этого? Безмозглые овцы. Нет-нет, — Кьют рассмеялся. — Вы — жалкие потомки слизней и амёб!
Его слова, сказанные нарочито громко, услышали все. Разумеется, ирги не ведали, с кем их сравнили, ибо перечисленных Кьютом животных никогда не водилось на Альризе, но не стоило особого труда догадаться: новичок их страшно унизил.
Они могли бы все вместе напасть на него и уничтожить, но Кодекс гласил: санкцией на аннигиляцию провинившихся отступников обладает лишь Глава Нээрос. Гиррэ не подал знака, разрешающего убийство, и ирги были вынуждены смирить гнев.
От дома, который создали специально для него, Кьют презрительно отказался, дерзко заметив, что предпочтёт сгнить на дне Мрачного озера, чем поселится в крысиной норе, брошенной ему из милости, словно обглоданная кость. Гиррэ и тут промолчал, однако все заметили, что и он еле сдерживается от желания атаковать наглеца.
— Не пойму, — встав рядом с Кьютом и едва не задев того плечом, спросил вполголоса Римар, когда все отступники, одарив кгаллена взглядами, полными ненависти, разошлись по своим жилищам, — ты добиваешься аннигиляции? Учти, здесь живут те, кто прежде уничтожал мутантов. Как думаешь, сколько энерговолн тебе удастся сдержать, когда Гиррэ потеряет терпение и разрешит уничтожить тебя? Три сотни? Четыре? Кусок узора отдам (1), больше пяти сотен не осилишь, потому что даже Лидер Воинов не удерживает столько! А теперь представь, — и он ткнул пальцем кгаллена в грудь, — абсолютно все Маги и Воины выступят против тебя и ударят совместно сгенерированной антиволной вот сюда, в точку прикрепления первичной нити. Да ты сдохнешь, как чхорро! Тебя вывернет кишками наружу.
— Новое слово в твоём разуме не связано ни с одним знакомым мне образом, — хладнокровно констатировал Кьют. — Я бы попросил конкретизировать сказанное.
Выражение лица Римара стало злорадным.
— А, не понял? Да и куда тебе, если ты лишь сегодня здесь появился! Чхорро — местная рыба с синей чешуёй. Невероятно вкусная. Водится на территории Сакомме. Мы её ловим, вычищаем брюхо, нанизываем на палки, чередуя рыбьи тушки с кусочками спелой ритении и пряными листьями ньоры, жарим и едим. Это наш деликатес. Так вот, — Римар ещё больше понизил голос, — за всё то, что ты уже сделал по отношению ко мне и остальным, я бы тебя, как чхорро… подрумянил. Жрать бы, правда, побрезговал, а то самому недолго мутантом стать!
— Надо же, — казалось, Кьют нисколько не оскорбился, услышав такое признание. Наоборот, судя по довольному лицу, ему понравилось сказанное Римаром. — Твои желания прекрасны! Я запомню их.
