— Я не знаю, — честно призналась она.
— И ребёнок, — он встретил её взгляд, — испивает твою внутреннюю магию.
— С чего ты взял?
— Ты б превратила это место в равнину, будь у тебя твоё волшебство. Да?
Она смогла лишь кивнуть, а Йонас выругался себе под нос.
— Ты всем так нужна, а не можешь даже позаботиться о том, чтобы выжить… Глупая девица, — о, она б прежде так возмутилась, назови он её глупой.
— Ну сделай ты хоть что-то! Прошу!
Йонас замер на мгновение — а после решился, выдернул меч из ножен, направляя его на остальных пелсийцев, столпившихся вокруг них.
— Планы немножко изменились. Волшебница пойдёт со мной.
— Даже и не думай! — прокричал мужчина.
— Это не обсуждается. К тому же, оружия у вас нет, — он осмотрел их. — Как глупо в толпе быть безоружным, но мне-то проще. Пойдите за нами — и умрёте, — он бросил взгляд на Люцию. — Ну что, принцесса, пойдём? — он схватил её за руку и потянул за собой.
— Куда ты тащишь меня?
— О, — хмыкнул он. — К твоему любимому отцу и брату, чтоб вы гнили все в Тёмных Землях!
Когда Клео осознала, что Ник, Йонас и Оливия ушли, и словом не обмолвившись о своих планах, она не страдала — она была просто в ярости!
— О, Богиня моя, милая девочка, ты скоро превратишь пол в крошку!
Клео обернулась, с удивлением осознав, что на неё смотрела Селия Дамора. Эта женщина заставляла её волноваться, но, к счастью, виделись они очень мало. О, как странно было осознавать, что они тут только три дня — уже будто сто лет прошло!
— Мои друзья ушли, не сказав мне ни единого слова, — Клео заставила себя говорить спокойно, а не шипеть на королеву-мать. — И мне кажется, что это непростительно грубо и невероятно неуважительно! А если уж говорить о Нике…
— Ник… Да, милый рыжеволосый мальчик, — улыбнулась Селия. — Ну, будь уверена, он не желал плохого. Он тебя так любит!
— Он мне как брат.
— А братья всегда хранят от сестёр свои секреты.
— Только не Ник! — Клео заломила руки. — Мы всегда рассказывали друг другу всё! Иногда даже самое сокровенное.
— Присядь со мной, — Селиа опустилась в кресло и провела рукой по поручню соседнего. — Хочу поближе познакомиться с супругой моего любимого и единственного внука.
Последнее, что хотела Клео — разговаривать с нею, но она должна была излучать любезность. Ведь может быть полезным подружиться с женщиной, что вскоре будет пылать волшебством, особенно сейчас, когда чары у Клео украли — и плевать, что эта женщина носит фамилию Дамора.
Одна только мысль об Ашуре заставляла её дрожать от негодования. И как он умудрился столь незаметно украсть обсидиановый шанс? А ведь этот Родич даровал ей власть, шанс выбрать самой свою судьбу. И она была так глупа и невнимательна, что принц украл его прямо у неё на глазах.
А она даже сделать с этим ничего не могла!
Заставив себя улыбнуться, Клео заняла место рядом с женщиной. Селиа ещё долго молчала, ждала чего-то и всматривалась в черты её лица.
— Что же… — наконец-то заговорила Клео, чувствуя свою поразительную неловкость. — Почему вы…
— Я прежде не была уверена, но теперь я вижу в тебе твоего отца. У тебя глаза, как у Корвина.
— Конечно, — она насторожилась, вспомнив о своём любимом отце. — А вы сомневались в том, кто мой папа?
— Да, когда речь шла о моём сыне и… — она сглотнула. — У него были определённые трудности с твоей матерью, но я много сомневалась. Мне казалось, есть шанс, что Гай может оказаться твоим отцом.
Одна только мысль об этом вызывала у неё тошноту.
— Мой… Мой отец? — прохрипела она. — Нет, я брежу, я…
— Он не твой отец. Стоит тебя увидеть, чтобы сказать об этом.
Клео так хотела оставаться спокойной — но эти слова вынудили её продолжить разговор:
— Моя мама никогда бы не…
— Мне б не хотелось тебя этим беспокоить. Вот только ты с Магнусом связана не только обетом — лучше быть уверенной, что и не по крови, правда? — она нахмурилась. — О Богиня, как же ты побледнела, Клейона!
— Я не понимаю, как вы могли подобное предположить! — выдавила она из себя ответ.
— Я не думаю, что Гай разговаривал с Еленой после того, как они расстались, но ведь знал он её задолго до брака с Корвином. Жаль, он никогда не говорил матери всё, что между ними случилось, а ведь он был внимательным и любящим сыном, — король Гай — любящим сыном? Только слепая могла поверить в это! — Мне так жаль Елену…
— Я даже не знала, что они были знакомы, пока не узнала Магнуса, — голос Клео звучал как-то сухо, холодно.
— Они встретились однажды летом. Это было двадцать пять лет назад, Гаю было всего семнадцать, Елене — пятнадцать… Он вернулся домой уже одержимым ею, заявил, что они поженятся, и ему абсолютно всё равно, даст отец своё благословение или нет.
Клео заставляла себя дышать. Ей не хотелось и представлять подобную историю. Просто рассказ, просто фантазия, просто чья-то глупая шутка!
— Мой отец никогда не говорил о… — она нахмурилась. — А он вообще знал?
— Понятия не имею, делилась ли Елена с Корвином рассказами о своих прежних романах. Могу предположить, что правду он не узнал, разве что под конец, пытаясь Елену защитить.
— Защитить? О чём речь?
