Сколько не беги по Трапе, тебе всё равно не убежать. Потому что это не ты движешься, а тропа под тобой. На самом деле, ты всегда остаёшься на одном и том же месте. И Крис буквально услышала, как Тропа смеётся над ней, как озлобленная беззубая старуха. И внезапно Крис осознала кое-что ещё, все эти покойники, погибшие здесь на Тропе, все те, кто так и не смог её преодолеть. Павшие на Тропе. И она может стать одной из них. Впереди её ожидала стая самых настоящих гиен, только намного увеличенных в размерах. У гиен величиной с бурых медведей с широкими порванными пастями, изо рта капала слюна, перемешанная с кровью. Крис снова затормозила, обернулась. Незнакомец полностью вышел из облака и теперь предстал во всей своей красе. Чёрный длинный плащ спрятал под собой меч, а длиннополая шляпа – лицо. Она окружена. Что теперь ей делать? Бежать в сторону прямо по трупам? Одна из гиен, та что была крупнее всех, двинулась к перепуганной Кристине, другие немедля последовали её примеру. Быть съеденной уродливыми гиенами, или пасть от меча вампира? Крис обернулась. Незнакомец в чёрном плаще уверенно шагал к ней. Полы его плаща бешено извивались. И Крис бросилась бежать в сторону… по трупам… совершив самую страшную ошибку. Никто не может сбежать с Тропы.
Она ожидала, что вот сейчас её ноги потонут в бесконечных гнилых телах, руки коснуться мягкой изъеденной опарышами плот, но вместо этого она прыгнула в туман и казалось, куда-то начала проваливаться. Тропа своеобразна. Верно? Докажи, что чего-то стоишь? Для чего мне пропускать тебя в твой мир?
Крис выпрыгнула, как чёрт из табакерки и снова оказалась на Тропе. Тут же принялась лихорадочно оглядываться, ожидая встречи с гиенами-людоедами или кровожадным вампиром. Но они исчезли так же, как и появились. И туман, и трупы испарились вместе с ними. Теперь Тропа приняла свой неброский первоначальный вид. Бесконечная и гнетущая с мёртвым солнцем на небосклоне.
– Ты подписал? – Евгения Артёмовна глядела во все глаза на своего зятя и не верила, – Подписал собственного брата?
Андрей отвел глаза в сторону. Последние дни выдались тяжёлыми. Ему пришлось оббегать все инстанции, чтобы взять опекунство над Никиткой. Сам же Никитка заболел и почти всю неделю температурил. Его инфантильные родители долго не думали, им было даже страшно представить, что к ним в дом привезут больного, который не может самостоятельно есть и дует под себя. И под благородным предлогом, якобы не желают мучений своему сыну (на самом деле себе) подписали согласие на эвтаназию. Андрей тоже подписал. Он видел своего брата, ему показывали МРТ его головного мозга, ему рассказывали о таких больных. И в чудеса он не верил.
– Уже прошло больше года, – с безнадёжностью в голосе отозвался он. Никитку он отвез к родителям. Его мать работала педиатром, поэтому знала, как лечить острые респираторные вирусные инфекции, – По статистике, если в течение года…
– Это останется на твоей совести, – жёстко беспрекословно отрезала тёща, – Но мою дочь я не позволю отключить. Тебе ясно?
– Вам придётся забрать её домой. Вы это понимаете? Я не смогу ухаживать за ней и за ребёнком.
Он имел наглость прийти с этим к тёще в дом. После того как на поверхность выплыли его измены, они практически не общались. А если пересекались в Центре Дубова, то лишь сухо обменивались приветствиями.
– Конечно, я это понимаю. – с укором ответила она, не впустив зятя дальше коридора, – И я заберу её. Будь уверен, когда она очнётся, я не стану вываливать всю эту грязь, которую ты натворил. Но со временем…
Андрей уже хотел поблагодарить её, но поторопился.
– Но со временем, когда она будет готова, она узнает обо всём. И об этом тоже.
Андрей всё понимал и не смел судить её за такие грубые слова в его адрес. Он бы и сам себя хорошенько обматерил и отдубасил как надо. Но возможно маленький трусливый мальчишка, который прятался глубоко в его подсознании тщательно старался избежать этого, ведь если Кристину отключат, то она ничего не узнает и ему не придётся оправдывать. Конечно, в этом он не мог признаться даже сам себе.
– Что ж, ваше право- решив больше не спорить, Андрей развернулся к двери, и сказал напоследок, – Надеюсь Бог услышит ваши молитвы.
Андрей подписал согласие на эвтаназию и Арсения должны были отключить двадцать пятого мая. То есть через неделю. Оставшееся время отводилось родственникам на прощание. Неделя, то есть 168 часов в мире Эро никак не могли соотнестись со временем в мире Плито. Время в мире духов плавало, колебалось, рвалось. Сфера Времени, спрятанная в Подкореке Забытия, вращалась неправильно. Создатели уже давно перестали за ней следить. И неделя на Земле, могла равняться минуте в Забытие и наоборот, когда фаза сдвигалась и Сфера начинала глючить – дни в Забытие могли тянуться годами, как на Земле не проходило и минуты. Был ли то плюс для Крис и Сени? Как знать… как знать…
