Андрей рылся в социальных страничках жены уже больше пяти часов. Типов, которые когда-либо донимали его жену, точнее их страницы, он отыскал в чёрном списке в первый же день. Да вот только незадача заключалась в том, что они (а было их как оказалось двое) заблокированы. То есть страницы удалены, соответственно и вся информация тоже, как и адрес. Поэтому толку от этих страничек никакого не было. Но Андрей не успокоился и продолжил поиски, выискивая странных подозрительных личностей среди друзей и подписчиков, последних было в тысячи раз больше, те кто проявлял нездоровую активность, от которых исходило слишком много комментариев, лайков и прочей лабуды. И к концу второго дня уже каждый второй мужчина (Андрей почему-то был уверен наверняка, что похититель мужского пола) казался ему подозрительным.
Никар и Андрей терпеть друг друга не могли. И в такой ситуации их враждебность проявилась на все сто. Подруге своей жены он позвонил последней. Не вдаваясь в подробности, спросил у неё ли Крис и как только та ответила «нет», сразу прервал связь безо всяких объяснений. Что Кристина пропала ей рассказала мама и Никар тут же примчалась к дому Жени Артёмовны. Несколько минут она стояла в сумрачном подъезде, между первым и вторым этажами, пока Андрей рассказывал полицейским о случившемся. На тот момент Жене Артёмовне стало плохо и ей вызвали скорую помощь. Те приехали, вкололи успокоительное и отвели несчастную женщину обратно в квартиру.
– Вот здесь, – вымолвила Никар, находясь всё ещё между первым и вторым этажами, – Вот здесь она и пропала. Вижу, как она спускается, достаёт телефон, чтобы включить фонарик, а потом бум… – теребящая душу пауза, – А потом темнота. Чёрт! Я же ведь её предупреждала! Предупреждала! – чуть ли, не плача от отчаяния вскрикнула она, бросая обвинительные взгляды на Андрея, который всё обзванивал и обзванивал друзей и знакомых, похоже уже по второму кругу.
К восьми вечера ему позвонила Гала (литературный редактор Крис), требуя объяснений по поводу не сдачи в срок очередной главы и вот тогда Андрей дал волю чувствам. Он расплакался прямо в трубку, всё вышло как на духу. Гала слушала, не произнося ни единого звука. А когда Андрей закончил, просто попросила его сообщить ей, как только станет что-нибудь известно и самое главное не давать пока никаких интервью прессе. Она говорила, что-то ещё, про скандал, про неустойку, Андрей уже плохо соображал. Он уснул и проспал до обеда следующего дня, пока кто-то настойчиво не начал стучать в дверь. Это оказалась Никар, которую он меньше всего сейчас хотел видеть. Она налетела на него прямо с порога, как коршун на добычу.
– Что? Спишь, отдыхаешь, да? – Никар не разуваясь прошла следом по коридору до кухни. Андрей не желал её слушать, видеть, но и прогонять был не в состоянии. Тем более, что именно она была самой близкой подругой Кристины. Ничего с этим не поделаешь. Пребывая всё ещё в заспанном заторможенном состоянии, он включил телевизор и умылся прохладной водой из-под крана, пока Никар продолжала его хаять.
– Ну, так ты же ясновидящая, чего же не предупредила её? – вытерев лицо кухонным полотенцем, бросил Андрей.
– Я её предупреждала. В том-то и дело. А ещё я предупреждала, что ты её погубишь. Так и вышло, – опустошено вымолвила Никар, тяжело дыша.
– Ты несёшь ахинею, – обиженно бросил Андрей, но их спор тут же улетучился. Внимание привлёк диктор, вещавший с экрана телевизора.
Появилось во весь экран фото улыбающейся Кристины. По телу Андрея побежали мурашки. С отрешённым видом, он отступил на шаг, вцепившись руками за край стола, чтобы не рухнуть на пол. Голова шла кругом. Он похоже ничего не ел последние три дня.
– Как они узнали? – негодуя вымолвил он.
– Какая разница, – махнула рукой Никар и поплелась обратно к выходу, злясь больше всего на себя. Ведь это было в её силах предотвратить. А теперь что? Всё потеряно…
