Я шел за Кристиной, довел ее до кабинета некоего Симонова Игоря Павловича, дождался, пока она выйдет, и собирался выяснить все на месте. Но… она прошла мимо меня, даже не заметив. Лицо, полное пустого безразличия, в глазах застыл страх пополам с тоской.
Проводив ее взглядом, я толкнул дверь и вошел к адвокату без стука.
— В чем дело? — сразу напрягся мужчина.
В кабинете он был один, из чего я заключил, что “ИП Симонов” — это он и есть.
— Только что от вас вышла женщина, — сказал я, усаживаясь на удобное кожаное кресло напротив Игоря Павловича. — Что она хотела?
— А вы?..
— Я — тот, кто хочет знать, — припечатал, холодно разглядывая адвоката.
— Ее бывший муж? — осторожно уточнил мужчина.
Я покачал головой.
— Боюсь, я не имею права… — начал Симонов.
— Вам пока нечего бояться, — перебил его я. — Повторюсь — пока. И, поверьте, против меня суды вам не помогут. Меня интересует женщина, ушедшая только что. Расскажите, чего она хотела, и мы попрощаемся.
Адвокат зло сжал челюсть, покосился куда-то под стол, где, видимо, была кнопка вызова охраны.
— Я здесь один, — покачав головой, показал мужику пустые ладони. — Без оружия, без прямых угроз. Мне нужна лишь информация о вашей клиентке.
— Она не моя клиентка, — отрезал Симонов. — Денег не хватит на мои услуги.
— Вот как. — Я потер подбородок, вздохнул. — Значит, вы отказали ей?
— Отказал.
— И сколько запросили за свои услуги?
Он помялся пару мгновений, пробежал оценивающим взглядом по моему костюму, галстуку, часам…
— Пятьсот.
Я присвистнул.
— Чего она хотела?
Снова пара мгновений колебаний.
— Ее бывший хочет отнять ребенка. Угрожает, шантажирует, требует денег. И, насколько я понял, там неплохой адвокат, представляющий интересы людей, которым должен денег ее муж.
Я сжал кулаки, задумался.
Итак, у Кристины и правда были проблемы, которыми она решила со мной не делиться. Бывший угрожал забрать Макса. Прелесть. А я все гадаю, откуда этот затравленный взгляд у женщины, купающейся в любви и достатке…
— Я заплачу, — посмотрев на адвоката, постучал пальцами по его столу, осмотрел аксессуары, макбук, его костюм, галстук, часы… — Триста тысяч. Но мое участие останется для Кристины тайной. Вы скажете, что настолько прониклись чужим горем, что не можете пройти мимо.
— Кто поверит в такую чушь?
— Она поверит. — Я поднялся. — В ваших интересах быть убедительным и выиграть это дело. Я буду следить за ходом мероприятий и пришлю к вам своего человека — будете делиться с ним всеми новостями.
— Я беру деньги вперед, — засуетился Симонов, правильно решив не торговаться со мной.
— Сегодня вечером, — кивнул я. — И еще… Это — моя визитка. Любые новости, касающиеся бывшего Кристины, о которых, как вы подумаете, я должен знать, должны быть мне известны. Звоните, не стесняйтесь. (236ad)
— Почему вы не хотите, чтоб она знала? — удивился адвокат. — Любая женщина будет благодарна за такое.
— Это вас не касается. Держите меня в курсе. Вечером приедет мой поверенный, вручите ему первые наработки по делу, я ознакомлюсь. Всего хорошего, Игорь Павлович. Не провожайте, я знаю, где выход.
Покидая здание, я думал о том, насколько правильным стало решение действовать инкогнито в обход желаниям Кристины. И не нашел ни одного весомого аргумента против. Пусть считает, что мир не без добрых людей — побуду для нее добрым волшебником. Хоть кто-то должен продолжать верить в чудеса, так почему бы не моя девочка?
Все обошлось! Я встретила по-настоящему хорошего человека в огромной Москве. Почему-то сразу вспомнилась скептическая улыбка Артема, когда мы с ним говорили о доброте и тому подобной “роскоши” среди людей. Про роскошь — это его убеждение. Он считал, что в условиях современной жизни встретить бескорыстное незамутненное создание почти невозможно.
А я встретила! Ну, вряд ли незамутненное и не совсем бескорыстное — сорок тысяч он все же согласился взять.
Мы беседовали с Симоновым после моего возвращения почти час. Он допытывался до каждой мелочи, не забыв уточнить, где и с кем я сейчас живу. Все, разумеется, в интересах дела. Я решила ничего не скрывать и была абсолютно искренна в ответах. Даже про беременность рассказала.
— От бывшего? — поразился адвокат.
— Нет-нет, — замотала я головой, — от… мужчины, с которым живу сейчас. Но мы не расписаны.
— О, ясно. — Адвокат нахмурился. — То есть вам нельзя нервничать. Срок большой?
— Совсем крошечный пока. Я даже отцу ребенка еще не говорила. Ну, знаете, рано пока.
— Уверены, что нужно тянуть с этим? — ни с того ни с сего уточнил адвокат. — Не все мужчины любят тайны.
— Ничего страшного, Артем пока ни о чем не догадывается. А уж когда разберусь со своими проблемами, тогда расскажу. Он обрадуется. Наверное.
— М? — Симонов поелозил на стуле. — Вы не уверены?
— Ну… в принципе, уверена, наверное. А какое отношение это имеет к нашему делу?
Адвокат устало вздохнул.
