— Я сейчас подойду, — сказал он, поднимая со стола телефон и вынимая из портмоне чью-то визитку. — Хочу уточнить пару финансовых моментов. Вы пока постарайтесь припомнить точно, что именно говорил ваш муж в последнюю встречу.
Я кивнула, провожая адвоката взглядом. Вел он себя немного странно, но меня это, наверное, не касалось. Главное — он решил помочь, несмотря на отсутствие нужной суммы.
Вернулся Симонов спустя несколько минут, при этом стал еще более задумчивым, чем прежде. И взгляд его показался мне виноватым.
— Вы устали? — с ходу спросил он.
— Нет, все хорошо.
— Я думаю, пора сделать перерыв. Поезжайте домой, отдохните. Вот вам моя визитка, позвоните завтра. Договоримся, когда встретимся снова, а пока я начну составлять заявление…
— Ох, спасибо вам огромное! Вы — просто мое спасение.
— Угу. — Он растянул губы в улыбке.
— А когда мне вам заплатить? Сразу?
— Нет, по итогу, — мигом отреагировал Симонов. — Вас проводить?
— Спасибо, не стоит. Тогда до завтра? — Я подняла вверх карточку с его номером. — Позвоню вам?
— Да-да, жду. После обеда. Ни о чем не волнуйтесь.
Я уходила самой счастливой женщиной в мире. Улыбаясь, шла по улице и думала, что вот-вот все мои проблемы останутся в прошлом! Разве это не чудесно?
Помню свои ощущения, когда в десять лет отец отвел меня на занятия боксом. Меня поставили в шуточный спарринг с таким же сопляком, как и я, показывали как надо правильно держать стойку и руки. И если я послушно выполнял указания тренера, то сопляк, напротив, возомнил себя Рембо… В тот день я впервые получил удар под дых.
Думал, сдохну прямо там, лежа на настиле и смотря в плохо побеленный потолок зала.
Отец тогда страшно перепугался, а я еще долго помнил, каково это — делать первый вдох после сильного удара.
Дико больно, и в трахее жжет.
Так вот, сейчас ощущения были похожие.
Я отложил в сторону мобильный, не помня, как дышать, и не видя перед собой ничего, кроме противоположной стены.
Мне только что звонил адвокат Кристины. Казалось бы, я видел его меньше часа назад, но этот Симонов сумел меня ошарашить даже за столь короткий срок.
— В деле Кристины Валерьевны всплыли обстоятельства, — до сих пор звучали в ушах слова адвоката. — Она утверждает, что беременна. И похоже, что от вас. В суде это может стать хорошим обстоятельством в пользу истицы, если правильно этим воспользоваться.
Адвокат замолчал, явно ожидая моего ответа, но я молчал. Переваривал.
— Связь, что ли, барахлит? — вновь позвал в трубку Симонов. — Артем Дмитриевич, вы меня услышали?
— Каждое слово, — наконец выдавил я, ощущая, что даже комната вокруг закружилась. — Перезвоню вам позже. Занят.
Бросил трубку и теперь пялился в стену.
Кристина беременна.
Такого не бывает.
Голова буквально разрывалась от столь неожиданного поворота событий.
Может, Симонов что-то не так понял? Или Кристина что-то напутала?
Я сделал первый вдох, и воздух спасительно ворвался в легкие. В ушах стучала кровь, а руки било мелкой дрожью.
Мне нужно было успокоиться и подумать.
Если Кристина беременна, то почему мне не сказала?
Я вдруг вспомнил наши последние с ней разговоры, которые так или иначе сводились к детской теме, и мне повторно стало плохо.
А ведь она намекала, пыталась сказать, подвести тему, но я категорически заявил ей, что детям в моей жизни места нет, и вообще я бесплоден.
И вот это конкретное обстоятельство нервировало до чертиков.
Не могло быть у меня детей, врачи утверждали, что не было, нет и не будет. Почти полностью стерилен, будто вакуум в космосе.
Тут же в голову закралась мысль о том, что, быть может, Кристина была беременна еще до встречи со мной. Сколько я ее знаю? Пару месяцев, такое теоретически вполне возможно, и будет самым логичным обвинить женщину в попытке повесить на меня чужого ребенка.
Вот только узнал об ее интересном положении я совершенно от чужого человека, что уже не укладывалось в картину развода меня на бабки. А во-вторых, были еще обстоятельства, когда Кристину увезли из моего дома в больницу с почками.
Я ведь общался с ее лечащим врачом, был в курсе, сколько антибиотиков ей кололи. Даже моих медицинских познаний хватало, чтобы понимать — беременную бы так не лечили, да и врач сообщил бы об интересном состоянии пациентки. Наверное.
Выходило, что если про ребенка правда, то Кристина забеременела уже после выписки, примерно тогда, когда мы начали встречаться.
В горле пересохло…
Я потянулся к коммутатору и позвал секретаршу.
— Эльвира, подними мои контакты за прошлые годы, Самуила Яковлевича, к которому я ездил на обследования раньше. Соедини меня с ним.
— Минуточку, — пообещала девушка.
И я принялся ждать. Казалось, секунды растянулись в часы. А потом… то ли связь барахлила, то ли доктор не хотел брать трубку. В итоге соединили нас только минут через двадцать, когда я уже успел изрыть весь интернет по запросу “беременность у мужчин при бесплодии”.
Знаю, сформулировал по-идиотски, но иначе в этот миг мой мозг работать отказывался.
