– Это праздничная одежда книжников, – важно ответил Гилберт. – Тут все очень символично: каждый слой – это как бы новый пласт знаний. Стало быть, чем больше на тебе одежды, тем больше ты знаешь.
– Не хочу тебя обижать, но выглядит это очень странно, – сказал Кристофер. – И кстати, господина Эддрика я в таком наряде никогда не видел.
– Такое носят в главной библиотеке, там чтят традиции! И дедушка раньше так одевался – по праздникам. Но в какой-то момент уровень его знаний стал слишком велик, и, если бы он надел все, что ему полагается, он бы двигаться не смог.
– Ничего себе! – удивился Кристофер. – Я, конечно, знал, что господин Эддрик умный, но чтобы настолько… Вот в кого ты такой!
– Не надо лести, – Гилберт попытался сложить на груди руки. – Я все еще на вас злюсь.
«Интересно, – подумал Кристофер, – Марте он тоже такую сцену закатил или все досталось только мне?»
– Но ты же еще не книжник, и мы не в библиотеке! Для кого тогда ты так нарядился? – спросил он. – Постой, на церемонии был кто-то из столицы?
– Ты иногда бываешь необычайно догадлив, – поморщился Гилберт. По его лбу катился пот. – Главный библиотекарь отправил в Академию своего помощника, чтобы тот оценил мои знания. Дедушка хочет отослать меня в середине года в главную библиотеку, чтобы я мог учиться у лучших.
– То есть ты уедешь? Надолго? Навсегда?
– Пока не знаю, но думаю, что нет, – ответил Гилберт. – Мне в любом случае придется закончить Академию. В главную библиотеку меня без образования никто не возьмет … А тебе-то что? Ты же мне все равно писать не будешь.
– Да я ведь уже извинился! – возмутился Кристофер. – Ты мне это теперь до старости вспоминать будешь?!
Мимо с топотом промчалась толпа первогодков. Кристофер проводил их хмурым взглядом.
– До конца года я этого точно не забуду. И тебе забыть не дам, – заявил Гилберт. – Между прочим, я времени зря не терял: перерыл дома всю библиотеку, но о Уильяме Клине так ничего и не нашел.
При упоминании о том, что так волновало его последнее время, Кристофер изменился в лице. Что значит для него это имя? Кто этот Уильям: друг или враг? Где найти ответы?
– Почему мы выбрали такое шумное место? – спросил вдруг Гилберт. – Неужели нельзя поговорить там, где тихо?
– Нельзя, потому что в Академии даже стены пытаются выведать твой секрет, – покачал головой Кристофер. – Так что, ты совсем ничего не узнал о Уильяме? В вашей огромной библиотеке не нашлось даже пары строчек о нем?
– Нет, – ответил Гилберт. – Я даже использовал заклинания поиска по определенным словам, но оно не сработало – мне в руки все время прилетала одна и та же книга рецептов. Видимо, я что-то не так говорил…
– Да, не густо, – расстроился Кристофер. – Но с другой стороны, ты же теперь будешь учиться и работать в главной библиотеке Лонгрена, там-то уж точно что-нибудь да найдется!
– Я тоже об этом подумал, – улыбнулся Гилберт. – Не переживай, мы узнаем, кто такой этот Уильям.
Ободренный его энтузиазмом, Кристофер тоже улыбнулся и посмотрел на лестницу. На главной ее площадке архивариусы, возглавляемые госпожой Жаклин в ярко-розовой шляпке похожей на огромный бутон, отчитывали оруженосцев за неподобающее поведение.
Кристофер вдруг почувствовал, как в сердце кольнуло. Он подумал, что ему уже пятнадцать лет, а это значит, что он почти взрослый. Он посмотрел на Гилберта, который тоже о чем-то задумался, и вдруг с ужасом осознал: еще три года, и обучение в Академии будет закончено. И тогда каждый из них пойдет своей дорогой.
«Я буду служить Дому Треф и отправлюсь в морское путешествие. Гилберт осядет в столице, а Марте, возможно, придется вернуться домой. Неужели мы расстанемся? И я буду видеть их лишь изредка, по праздникам? – Тут он усмехнулся: – Если, конечно, останусь жив – с такой-то удачей и чокнутым Пиковым королем!»
– И все-таки, – вдруг повернулся к нему Гилберт, – почему вас не отпустили домой и при чем тут Совет?
Кристофер рассказал ему обо всем, что с ними произошло: и об усиленных тренировках, и о видениях, которые посещали Марту, и о том, что Академия не получила денег за его следующий год обучения. Умолчал только о требовании Совета следить за господином Эддриком и тренером.
– Почему Марта не обратится к лекарям? – всплеснул руками Гилберт. – Это может быть очень опасно!
– Думаешь, я ей не говорил? – прошипел Кристофер. – И не ори! Если кто-нибудь еще об этом узнает, она нас живьем сожрет.
Гилберт потер руки, закрыл глаза, вздохнул и снова открыл их. Было видно, что он с трудом сдерживает гнев.
– Я посмотрю в книгах – вдруг найду упоминания о чем-то, похожем на наш случай, – последние слова он произнес с нажимом. – Ты же понимаешь, что теперь это не только ее беда, но и наша?
– Конечно, – кивнул Кристофер. – Я и не собирался оставлять ее с этим один на один.
Взгляд Гилберта потеплел, но голос все еще звучал сухо.
– А насчет тебя я поговорю с дедушкой. Может, он что-нибудь подскажет.
– Так он же меня терпеть не может! – фыркнул Кристофер.
– Я сказал, что он, возможно, не одобряет наше общение, – Гилберт склонил голову набок. – О ненависти речи не было.
