Несмотря на это, он чувствовал себя обязанным Кюллике. Он пригласил ее в то же кафе, где они провели вечер накануне. Даже коньяк был той же марки. Потом Мартин отвез ее домой, сам же вернулся в город. Настроение было неважным. В винном баре оказалось несколько старых знакомых, и Мартин просидел там до закрытия.
Кристина была вне себя от гнева: «При чем тут работа? Мы тут беспокоимся, а ты сидишь в кабаке. Опять ты за старое? Ты что, не мог иначе отметить это событие? Дома, здесь, вместе с нами? Ты же знаешь, что тебе нельзя пить!» Мартин с досадой махнул рукой: «Да отстань! Я вовсе не был в ресторане. И я вовсе не пьян».
Прошла неделя. Мартин еще не перешел на новое место. За это время он выпил лишь несколько пивных кружек. Правда, от них его тоже немного развезло. Хотя он пил в рабочее время, никто не стал выговаривать ему за это. Все были рады, что он уходит.
В день первой получки Мартин повел Кюллике в «Байкал». Вечер прошел очень весело. Они пили немного, но Мартину и этого было достаточно.
На следующий день у него сильно болела голова. Он не мог удержаться, чтобы не сбегать за бутылкой. Расплачиваясь, он обнаружил, что Кристина забрала большую часть зарплаты. Вино он пил понемногу, стараясь не попадаться на глаза сотрудникам базы. После работы купил еще одну бутылку и выпил ее по дороге домой, заходя в подворотни. Дома вечер прошел в гнетущей тишине.
Мартин совершил героический поступок и отнес в суд заявление о разводе. Кристины на суде не было, но она пережила это тяжелее, чем сам Мартин. Брак Мартина и Кай был расторгнут. Мартин страшно напился и несколько дней опохмелялся. Ему «сочувствовали» двое транспортных рабочих, «понимавших» его муки.
В день, когда Мартин оформлял развод, он снова напился. Он назвал Кристине б
Неделю ему кое-как удалось продержаться, а потом все началось сначала. Мартин одалживал по рублю у кого придется, а в дни получки расплачивался. Пил в одиночку. Кюллике он больше не приглашал ни в кафе, ни в ресторан. Она стала его сторониться.
Мартин снова начал встречаться со своими старыми приятелями. Заводил и новые знакомства. Однажды он даже ввязался в драку. На работу пришлось идти с пластырем на лице.
Как-то в пятницу вечером Мартин купил бутылку белого вина и мысленно выбрал место, где можно было бы ее спокойно распить. Ему не хотелось далеко идти, и он зашел в первый попавшийся скверик. Но не успел он выпить и полбутылки, как появился милицейский патруль. Пришлось уплатить десять рублей штрафу! Мартин проклинал все на свете. А через несколько дней извещение из милиции пришло на работу. В тот же день его вызвали на ковер. Руководство базы было в курсе его дел. За ним уже укрепилась слава пьяницы. Поскольку его и на работе часто видели пьяным, то дело пошло в товарищеский суд.
Он не уплатил штрафа, и его посадили на десять суток. Мартин был взбешен и клялся за все отомстить. В те дни, когда Мартин отбывал наказание, был день рождения Пилле. Мартин вспомнил об этом несколько дней спустя. Он был страшно раздосадован тем, что не смог присутствовать на дне рождении дочери. Был бы повод выпить.
Кристина обратилась к наркологу. Установка врача была железной: «Мартин Таубе нуждается в специальном лечении. Сам с собой он справиться не может».
Когда Мартин, отбыв наказание, появился на работе, он был сильно навеселе. Сразу же вызвали Кристину. С помощью рабочих Мартина посадили в машину и повезли в психоневрологическую лечебницу. Мартин умолял выпустить его хоть на минутку — выпить бутылочку.
Больничная среда была знакома Мартину. Первые дни он был оглушен. Он чувствовал себя так плохо, что врач не мог от него ничего толком добиться. Сделали анализы. Назначили уколы. Одни уколы были болезненные, другие нет, от некоторых становилось жарко. В дополнение к уколам Мартин получал таблетки и драже. Постепенно стал улучшаться сон, появился аппетит. Захотелось общения. Среди соседей по палате оказались его давнишние знакомые…
Мартин много читал, много думал. Шаг за шагом вспоминал свою жизнь. Жизнь, которую он себе устроил. Кристина приносила ему книги, сигареты, сладости, иногда пекла сама. Он всегда с нетерпением ждал ее прихода. Затаив дыхание, слушал рассказы о проделках Пилле.
В одной палате с Мартином лежали пожилые пациенты. Их никто не навещал. Они были похожи на обломки разбитого корабля. Один из них сказал о Кристине, что она сама доброта и терпение. Мартин не ответил. В последнее время он многое пережил и передумал.
