Вернувшись на Северную Звезду, Миа первым делом приняла горячий душ и переоделась. Она провела на той стороне портала всего несколько часов, но количество и драматизм событий растянул ее представление о времени, как это бывает во время катастроф. Они выбрались оттуда, и сначала казалось, что важнее этого ничего нет. Однако новые заботы и тревоги уже начали поднимать голову. Больше всего ей хотелось услышать голос дочери.
Она принялась рассматривать фотографии дочери в телефоне, затем настала очередь видео: первый день рожденья Зоуи, ее первые шаги, первая поездка на велосипеде. Столько всего первого… А что, если они не найдут здесь того, что ищут, и весь этот родной мир погибнет в огне?
Миа вдруг поняла, что видео только усиливают ее тоску. На базе действовал полный запрет на входящие и исходящие звонки, за исключением контактов на самом высшем уровне. Ее шансы снова увидеть дочь зависели от шансов спасти планету.
В дверь кто-то тихо, почти робко, постучал.
Миа посмотрела в глазок: за дверью стояла коротко стриженная черноволосая девочка.
– Привет, Ноэми. Тебе что-нибудь нужно?
– Вообще-то нет, – девочка проскользнула в комнату. – Я разговаривала с сестрой и вдруг увидела ваше лицо.
– Да? – Миа сразу отвлеклась от своих тяжелых мыслей.
Ноэми увидела потрепанную плюшевую собаку на Мииной кровати и взяла в руки.
– Мистер Пиклз такой хороший. Можно, я возьму его?
– Ого! Да, его зовут мистер Пиклз, – если бы кто-то другой вдруг угадал имя игрушки, которую Зоуи любила, когда была совсем маленькой, это бы сильно смутило Мию. Но не с этой девочкой, не с этими девочками… – Это собака моей дочки.
– Хлои?
– Почти. Ее зовут Зоуи. Ты часто видишь что-то про меня?
– Не знаю… – Ноэми сидела на кровати, заставляя мистера Пиклза ходить по ее ноге.
– Ноэми, это важно, постарайся ответить, – Миа села рядом.
Девочка замерла, наклонив голову. Миа полагала, что она задумалась, но тут заметила дрожавшие плечи и обняла ребенка.
– Я не заставляю тебя.
Ноэми резко повернулась и обхватила ее руками, уничтожив остатки объективности, которые Миа пыталась сохранять в отношениях с объектами своих исследований. Однако сейчас она чувствовала, что это ее дочка обнимает ее, и думала только о том, чтобы это состояние продолжалось как можно дольше.
– Скучаешь без мамы? – Миа вытерла слезы с лица девочки.
Ноэми кивнула.
– Вы нам очень помогаете, ты же знаешь…
Девочка молча смотрела на нее большими влажными глазами.
– Обещаю, как только все здесь закончится, отвезу тебя в Рим к папе и маме.
– Они умерли.
– Боже! Я не знала…
– Их сбила машина. Мы с Софи узнали раньше, чем нам сказали.
– Ты видишь только тех, к кому привязана?
– Думаю, да, – Ноэми снова обратилась к мистеру Пиклзу. Но уже без прежней живости.
– Знаешь что? Всякий раз, как тебе захочется обняться со мной или мистером Пиклзом, дай знать – и мы просоответствуем.
– Что значит просоответствуем? – Ноэми улыбнулась, хотя глаза ее еще были красны от слез.
– Значит сделать так, как кто-то хочет.
Миа подняла глаза и увидела в дверях Янссон. Красивое лицо голландки выражало некоторую озабоченность.
– Есть минутка?
Миа посмотрела на Ноэми, та тут же поднялась и, сообщив, что пойдет отыщет сестру, исчезла за дверью.
– Я что-то пропустила? – спросила Янссон, глядя вслед уходившей девочке.
– Да не особенно. Вот смотрите: телепатическую связь обычно пытаются изучать с участием двух чужих друг другу людей. Но вы же, как и все, замечали, как бывает, когда вы только подумали о каком-то близком для вас человеке, а он тут как раз и звонит. Или это вы ему звоните, а телефон занят, потому что он набирает ваш номер. Простые примеры из жизни показывают, что для возможного обмена мыслями очень важно наличие эмоциональной связи между людьми. С Ноэми то же самое.
– Что объясняет феномен наших близняшек.
– Так о чем вы хотели поговорить?
– Вы же знаете, что доктор Зальцбург совершенно не интересуется этим вопросом?
– Знаю. И очень жаль, потому что на этом направлении возможен серьезный прорыв.
– Да, но он давит на меня, чтобы мы ускорили работу по изучению новой хромосомы.
– Он и на меня давит, но я не поддаюсь. Особенно после того, как меня похитили и привезли сюда помимо моей воли. У вас такое выражение лица, будто вы что-то обнаружили.
– Я ввела отвечающий за ремонт
– То есть, если с людьми дело обстоит так же, – закончила мысль Миа, – носители Зальцбурга должны жить лет до четырехсот? – она знала, что в теории такое возможно, но это была уже не теория, а результаты эксперимента. Значит, если не случится апокалипсиса, Зоуи может пережить ее на триста пятьдесят лет.
