Мы упоминаем об этом только потому, что были некоторые намеки на такого рода решение, которые были услышаны в речи представителя США на последнем заседании Совета Безопасности. Если бы такая позиция была выдвинута, это поставило бы нас в очень трудное положение и советский представитель, несомненно, стал бы возражать и проголосовал бы против. Мы надеемся, что этого не произойдет, а совместные действия Советского Союза и Соединенных Штатов будут способствовать или помогут установить эту линию на Ближнем Востоке и возобновить реальные усилия по достижению политического урегулирования. Это дело о разоблачении или, возможно, обвинении в отправке вами поставок в Израиль. Это был действительно очень важный шаг, который, конечно, мог испортить всю национальную ситуацию, и мы очень разозлились по этому делу. Мы даем всему Совету Безопасности – и мы надеемся, что там очень постараются, – шанс действовать вместе с нами».
К: Нам нужно несколько часов, чтобы обдумать это, и мы дадим Вам знать позже сегодня.
Д: Я буду ждать ответа от Вас.
К: Ждите моего ответа, но Вы можете сказать, что это будет конструктивное послание.
Д: Хорошо.
К: Вы получите известие от меня. Мне нужно встретиться с президентом. Хотелось бы получить текст этого сообщения.
Д: Хорошо. Это займет около часа.
ПОСОЛ ДОБРЫНИН – КИССИНДЖЕР
Среда, 10 октября 1973 года
8:39 утра
К: Я просто хотел сказать Вам, что у нас действительно не будет возможности провести систематическое изучение до тех пор, пока Мобуту не отбудет около 11:30.
Д: 11:30?
К: Да. Итак, у нас будет ответ во второй половине дня.
Д: Хорошо.
К: И мы будем настоятельно советовать вам – потому что сейчас нам тоже нужно много говорить.
Д: Я понимаю. Нет, нет. Если я правильно понимаю, Вы просто не хотите ничего обсуждать.
К: Мы были бы признательны, если бы Вы сейчас ничего не делали, пока у нас не будет возможности обсудить это здесь. А потом в течение второй половины дня я дам Вам знать, какова наша реакция.
Д: Хорошо.
К: Теперь я могу сказать еще кое-что – мы отмечаем, что в Египет и Сирию идут очень значительные воздушные поставки советских грузов.
Д: Воздушным лифтом?
К: Воздушным лифтом. Я могу назвать Вам номера и типы самолетов, но уверен, Гречко это знает.
Д: Он должен знать так же хорошо, как и Вы. Иногда он знает лучше, не так ли?
К: Но мы действительно не думаем, что это очень способствует, потому что вынуждает нас делать, по крайней мере, то же самое.
Д: Ладно, пошлю запрос в Москву… снова свяжусь с Москвой.
К: А мы… правда, Анатолий.
Д: Вы говорите – значительный?
К: Значительный – около двадцати двух самолетов, я считаю это довольно значительным воздушным лифтом.
К: Пролетают через Будапешт, на случай, если они ищут последний аэропорт.
Д: Понятно.
К: Так их будет легче найти.
Д: Я понимаю.
К: Это действительно важно, Анатолий, что наши действия не могут быть представлены позже как то, что мы переиграли или обманули…
Д: Нет, я понимаю. Примерно полдня сегодня…
К: Я рассчитывал бы, что это будет к середине второй половины дня.
…
ПОСОЛ ДОБРЫНИН – КИССИНДЖЕР
Среда, 10 октября 1973 года
11:45
К: Анатолий, я просто хотел сказать следующее. У нас серьезная внутренняя проблема, которая, как Вы увидите, даже поймете, что это серьезная проблема, которая достигнет кульминации сегодня после полудня.
Д: Ага.
К: И поэтому решение будет отложено до тех пор, пока я не смогу до Вас дозвониться, но Вы получите свой официальный ответ.
Д: Вы имеете в виду, что это произойдет сегодня или завтра?
К: К концу дня я дам Вам ответ.
Д: К концу дня.
К: Я просто хочу, чтобы Вы знали. Увидите, что это не тактика проволочек.
Д: Ага. Но в чем кризис? Не могли бы Вы мне это сказать?
К: Ну, это касается вице-президента.
Д: О, понятно.
К: Итак, я хотел, чтобы Вы это знали, и я свяжусь с вами около 4 или 5 часов дня.
Д: 16:00 или 17:00.
К: Верно.
Д: Хорошо.
К: Мы очень серьезно думаем над тем, что Вы сказали.
Д: Нет, я думаю, это действительно шанс для нас обоих.
К: Нет, нет, я осознаю это. А теперь позвольте мне призвать Вас, на самом деле, и Вас, и Ваших друзей, не подгонять нас к чему-либо преждевременно.
…
К:…Единственные люди, которые до сих пор знают… это президент.
Д: Я понимаю.
К: И, как Вы очень скоро увидите, президент не может ответить на этот вопрос за пару часов.
Д: Я понимаю.
К: Но то, что я рассказал Вам об этой внутренней ситуации, Анатолий, является знаком моей большой уверенности в Вас.
Д: Нет, нет, нет. Я понимаю. Но влияет ли это приближающееся событие каким-либо образом…
К: Это ни на что не влияет.
Д: Ни на что. То есть с точки зрения внешней политики.
К: С точки зрения внешней политики это скорее, наоборот, укрепляет наши возможности.
Д: Я говорю в смысле способности, а не об игре на публику, потому что иногда…
К: Что касается нашей внешней политики, то это либо совсем не влияет на нее, либо усиливает ее.
Д: Хорошо.
К: Но с точки зрения принятия решения и с точки зрения того, как получить аудиенцию у президента, это сейчас очень сложно до середины полудня.
