Спецоперация #2 – "Что такое плохо?". Живописуется, сколь плохо (некомфортно) нам будет, если мы на нем останемся.
Осуществив эти две спецоперации, Марь Васильна переходит к спецоперации #3 – "Что такое глупо?". В рамках этой спецоперации доходчиво разъясняется, что Кавказ не стоит того, чтобы за него держаться.
Лишаете, мол, вы себя благ, которые можно обрести, потеряв Кавказ, обрекаете себя на тяготы, связанные с его удержанием. А он ведь такая гадость, этот Кавказ. Стоит ли он всего этого?!
"Не может быть мира и тишины в городе, который называется ГРОЗНЫЙ. И что, кроме светлейшей русской литературы, имеем мы с этого Кавказа в сухом остатке?
Ах да! Еще какие-то капли какой-то там нефти (будто без того крантика в Чечне наша самая богатая в мире страна не обойдется)… А я думаю о том сгустке ненависти, который заложен нами в кавказских горах, и про то, что чеченским мальчишкам, которым сегодня восемь лет, очень скоро будет пятнадцать, восемнадцать, двадцать два и они никогда не простят нам того, что мы сделали с Чечней".
Дальше – переход к спецоперации #4. Она же – "профилактика", или "обезвреживание возражений":
"Предвижу возражения: взрывы, заложники, снайперы и вообще чеченский след. Соглашаюсь.
Более того – я не люблю чеченцев. Я не способна на безответную любовь. Но… Я перед ними виновата, а они передо мной – нет. Поэтому наш единственный шанс победить – это одержать самую трудную победу. Победу над самими собой. Мы должны оттуда уйти, иначе война будет длиться вечно и мы погибнем".
Не об этой ли победе и впрямь говорит Белковский в своих четырех "П"? Да и вообще, как-то это уж слишком напоминает то, что пропагандирует Белковский. Да и не он один. Помните, я говорил о заходах в Кремль наших долгожителей-олигархов, настаивающих, что с Кавказа надо уйти, чтобы не погибнуть? Что ж, давайте назовём эту, следующую по счету, спецоперацию #5 – "Уйти, чтобы не погибнуть". Зафиксируем, что пока что уйти надо именно, чтобы НЕ погибнуть. А также очиститься через покаяние. Перестройку-то еще не забыли? Покаяние – это обязательная спецоперация (#6):
"Уйти с Кавказа… (…) Уйти и покаяться. Покаяться и уйти. Попросить прощения: мы больше не будем. Построить границу. Конечно, это трудно. Хорошо было Англии – она просто отплыла от своих колоний, но вспомним, сколько крови попортил Алжир Франции и как по сей день расплачиваются американцы за хижину дяди Тома".
А дальше спецоперация #7. Она же – демографическое (и ксенофобическое) запугивание:
"Статистика утверждает, что завоеванные нами когда-то народы размножаются гораздо быстрее, чем мы, завоеватели. И если сорок – пятьдесят лет тому назад на вологодском рынке три азербайджанца торговали виноградом, а один абхазец – сухим вином, то теперь появилось словосочетание "лица кавказской национальности", которым достаточно плотно припорошен весь российский торговый сектор".
Ну, прямо-таки не М. Розанова, а Белов-Поткин, к вопросу о генезисе уменьшительного русского национализма и "патриотической пятой колонны". Читаем дальше:
"Когда-то мы завоевывали Кавказ, сегодня Кавказ захватывает нас. Может быть, это некое историческое возмездие, но Россия мало-помалу становится кавказской пленницей".
