Вернувшись в спальную, я ощутил легкое прикосновение воздуха к моей шее, словно дом здоровался со мной и был рад меня видеть.
– Джеймс, нужна твоя подпись, и забери уже эти ключи! – прокричала Крис из гостиной.
– Да-да, уже иду.
Я ошарашенно вернулся в пропитанную теплом гостиную и размашисто подписал бумажку, закатив глаза на графе со стоимостью аренды.
– Ленни, неужели никто не хочет жить в этом доме? Он прекрасен, а цена подозрительно низкая для таких апартаментов.
– Апартаменты… Смеешься, что ли? – Ленни непонимающе уставился на меня, пряча договор в карман бордового пиджака. – Да в этом, с позволения сказать, доме не стал бы жить даже мой младшенький, Ларри. А он, уж простите, неделю живет в шалаше на заднем дворе. Странный у тебя вкус, сынок, но не переживай, как тебе надоест это место и появятся деньжата, позови меня, мы найдем тебе что-нибудь поприличнее, – мужчина покровительственно похлопал меня по плечу и обратился к Крис: – Подвезешь меня до конторы Дэйла? Надо парочкой слов переброситься с глазу на глаз.
Крис неопределенно махнула рукой и, кивнув мне, направилась к выходу, а следом Ленни послушно покинул ненавистный ему дом.
Я наконец-то остался один. Проведя инвентаризацию полок на кухне, я обнаружил бесчисленное количество тарелок и прочих столовых приборов, пару-тройку кастрюль и огромную чугунную сковороду, из которой можно накормить как минимум одну маленькую африканскую деревеньку.
Набрав воды в винный бокал причудливой формы, я вышел на задний двор и негромко выругался. Двор выглядел очень запущенным, а высота газона напоминала собой небольшое пшеничное поле в период созревания.
Опасливо покосившись в сторону газонокосилки, я попытался представить, как она лихо наматывает круги по моей лужайке, приводя в порядок вырвавшуюся из-под контроля зелень. Но ничего не происходило. Припомнив происшествие в доме у Дэйла, я робко хлопнул в ладоши. Несчастная машина жалобно затрещала и двинулась в сторону газона. Я удовлетворенно хмыкнул и, не заметив ни одного атрибута мебели, расположился на выцветших досках.
Жизнь определенно налаживалась.
«Джеймс, к вечеру с тобой свяжется Фурки, заберет тебя для встречи с командой, – раздался в голове голос Дэйла. – Расскажешь ему, где обитаешь. Рекомендую прогуляться до ближайшего магазина, он буквально через дорогу, как соберешься оплачивать, скажи, что на счет Джеймса Доу, тебя сразу поймут. Я позже объясню, как это работает и где увидеть баланс, сейчас занят. Чувствую, завтра у тебя будет веселый первый рабочий день. Отбой».
Я улыбнулся, уже предвкушая вечерние посиделки со старыми новыми знакомыми и друзьями. Бросив взгляд на хаотично катающуюся газонокосилку, я направился в дом, планируя траты сбережений Дэйла. Теперь у него, по крайней мере, на какое-то время две финансовые дыры – я и Крис. Всё-таки делать покупки я любил, а если это еще и делалось без каких-либо временных рамок, то держите меня семеро, я могу купить кучу совершенно ненужных, но таких милых сердцу вещичек.
Выйдя на улицу, я сразу наткнулся на мигающую вывеску «Всё для всех и вся» и рассмеялся в голос, абсолютно не заботясь о репутации. Этот магазинчик я знал и любил в своем мире за бессчетное количество маленьких сувениров, вкусную выпечку и самые невероятные штуки, которые моя фантазия даже не могла себе вообразить. Я улыбнулся послеполуденному солнцу, подмигнул женщине с ребенком, неодобрительно поглядывавших на меня, и направился на шоппинг.
Примерно спустя два часа я лихо вывернул из магазина, катя перед собой тележку, столь любезно одолженную мне милым дедушкой, сидевшим на кассе. Еще бы, создавалось впечатление, что я сделал им выручку, которая, по моим скромным догадкам, превышала получаемый ими месячный доход. Еще примерно часа три я потратил на неторопливое размещение по новым местам свои приобретения: интересные статуэтки, милые коробочки и прочие собиратели пыли. Застелил постель, заполнил холодильник продуктами, даже собрал подобие шезлонга для заднего двора.
Похрустывая свежей булочкой, я разместился на крыльце, наблюдая за газонокосилкой, почти закончившей миссию и теперь кружившей в поисках пропущенных травинок. Улыбаясь непонятно чему, я лишь сидел и терпеливо ожидал сумерек.
Встреча должна была быть многообещающей.
Блаженно наблюдая за живописным закатом, я был выдернут из грез наяву, наверное, самым мерзким звуком на грешной земле. Нечто, похожее на плач младенца и истошные вопли умирающего в муках жертвенного животного, заставило меня поморщиться и поспешно направиться к входной двери. Да, дверные звонки в этом доме настраивали на быстрое перемещение к источнику шума или выбору жизни отшельника, не приветствующего никаких гостей у себя.
Распахнув дверь, я попытался быстро опереться о дверной косяк, но очень неудачно накренился вперед, ухватившись за протянутую руку голубоглазого паренька.
