Когда Тимур с Тамимом увидели, что сделали с девочками, утробно зарычали. И снова рванулись на охранников. В тот раз досталось Тамиму.
Девочек швырнули на каменные плиты пещеры. Даже до вонючих тюков их не донесли. Не удосужились. Кровь на лице, заплывшие глаза, кровь между ног, запах спермы.
- Суки! - рычал Тимур, получая очередной удар прикладом в живот.
Им бы хотя бы до девчонок доползти... Помочь чем-то. Обмыть. Но цепи не позволяли. Короткие. Слишком короткие...
Девочки хрипели от боли, дышали через раз. У одной никак не прекращалась кровь - тонкой струйкой текла по бедрам, что когда-то были белоснежными. Сейчас их покрывали фиолетовые синяки и многочисленные ссадины...
Тимур тряхнул головой, прогоняя наваждения. Сделав еще несколько жадных глотков воды и не обращая внимания на ухудшающееся самочувствие, сделал еще один звонок.
- Сардынов беспокоит.
- Тимур Олегович, куда подъехать? - бывшему спецназовцу не требовались объяснения - если раздался звонок во втором часу ночи, значит, что-то случилось.
- Я в твоем районе, буду через десять минут.
- Спускаюсь.
Тимур снова завел двигатель и рванул с места.
***
Отрывки чужих голосов доносились до Леры сквозь туман.
- Ты уверена, что с ней проблем не возникнет? - мужской голос, незнакомый.
- Абсолютно, - женский, чуть насмешливый. - Как я поняла, родные в больнице. Из квартиры, где жила, съехала. Или еще там что-то... В общем, она даже подружке сказала, мол, меня не дергайте, не ищите.
- Тогда ок. Но все равно взяли, не проверив...
- Ой, я тебя умоляю! Зассал что ли? Граф будет доволен. Две девочки за неделю. Кстати, что там с первой? На переправу уже отправили?
- Мне не докладывают.
Лера поморщилась и хотела открыть глаза, но ничего не получилось. Почему так сильно болит голова? И странный привкус во рту? Да и пить очень хочется.
Но спать сильнее...
Снова проваливаясь в темноту, Лера успела подумать, что сны ей снятся очень странные... И почему-то она не чувствует на себе рук Тимура. Он сердится? Поэтому не обнимает? Странно... Он же всегда обнимает. Хотя его объятия - тоже странно.
Голова была чугунной. Не повернуть, не сдвинуть. И глаза не открывались. Может, она заболела? Ох, нет, не надо! Болеть на ранних сроках нежелательно - об этом Лера где-то читала. Детишки могут родиться слабыми. Детишки...
Мысль ускользала от Леры, куда-то проваливалась, исчезала.
- Приехали. Вынимай ее.
- А почему я? Пусть Граф выводит своих амбалов. Моё дело - вывести девчонку из клуба, что я и сделал. Я получаю бабло и сваливаю.
- Значит, все-таки зассал. У тебя нюхнуть что-нибудь есть?
- Отвали! Не балуюсь и тебе не советую.
В ответ - ироничный женский смех.
Лера хотела открыть глаза. После смерти папы ее часто мучили кошмары, и она научилась выныривать из сна. Просыпалась, и лежала несколько минут в темноте, прогоняя остатки кошмарного сна. А потом вновь засыпала. Сейчас она хотела сделать тоже самое. Сон ей категорически не нравился. И было холодно... Без рук Тимура.
На этот раз хитрость, спасавшая её много раз, не помогала. Девушка продолжала во сне куда-то ехать.
Вот машина остановилась, и Лера снова услышала:
- Прибыли. Давай, вынимай ее.
Какое странное слово «вынимай». Почему-то Лера знала, что оно применилось в отношении нее, но она не мешок с картошкой, чтобы ее вынимали!
Больно дернули за руку.
Что-то не так... Во сне не ощущается боли. И холод, схвативший кожу, чувствуется иначе.
- Не морозь ее. Давай к воротам. Граф не будет возиться с подпорченным товаром.
- Дай покрывало. На сиденье валяется.
На ее тело что-то накинули - колкое и дурно пахнущее. Алкоголь, сигареты и что-то еще.
Лера слабо застонала, пытаясь скинуть с себя эту вонь.
- Она просыпается что ли?
- Не должна. Ей спать еще минимум часа два.
- Ну-ну.
Послышались шаги и еще какие-то голоса. Глумливые. Неприятные. От них Лере еще сильнее захотелось очнуться. Да, надо обязательно очнуться, прийти в себя, в туалет сходить, попить водички. И лишь потом вернуться на кровать.
А можно и вовсе не возвращаться. Сесть почитать книгу, конспекты. Да просто спуститься вниз и заварить себе травяного чая.
Но снова ничего не получалось... И пропали даже голоса. Но в данном случае это оказалось лучшим исходом. Сон без сновидений порой бывает благом.
Следующее, что запомнила Лера, это усиливающуюся головную боль. Девушка поморщилась. Что за фигня такая? Мигрень? Или ей что-то подсыпали в мохито? Нет, нет, нет. Кто-нибудь да видел. Когда только она с Иркой и Светулечком начали посещать клубы, то договорились, что будут присматривать друг за другом и за тем, что пьют. Девочки были наслышаны, про наркотики, добавляемые в коктейли и прочие напитки. Порой, мальчики не желали долго ждать, когда понравившаяся им дама раскачается на интимное продолжение, и кое-что подсыпали, отчего девушка сразу же становилось отзывчивой, а, главное, сексуально раскрепощенной.
Поэтому Лера и не боялась расслабляться в своей компании. Знала, что при возникших трудностях, ей сообщат о подлоге.