Танцовщица была профессионалкой. Четко знала, что делать и для чего делать. Явно настраивалась на продолжение и дополнительное вознаграждение. Она умело предлагала себя, и в ее действиях Тимур не увидел ни пошлости, ни навязчивости. Лишь работа. И он, чувствуя нарастающее желание, даже подумывал согласиться. Пока танцовщица присаживалась перед ним на корточки и разводила колени в сторону, практически демонстрируя через плотное кружево то, что готова предложить, он представил, что сделает с ней. И... ушел, расплатившись. Поехал на квартиру, что находилась в центре, и уснул мертвецким сном. Следующее утро не принесло облегчения.
Выпив крепкого кофе, он уже собирался поехать в фитнес-центр, куда не заглядывал последние недели, но в этот момент раздался звонок от Дианы.
- Тимур, Лера была у Орешко. Мне только что звонила Ангелина Геннадьевна, - Тимур слишком хорошо знал Диану. Всегда собранная, исполнительная. Тут же ее голос дрогнул.
- Что случилось?
- Ничего страшного. Вернее... - Диана перевела дыхание. - Лера беременна. Двойней.
Новость ошарашила. Да что там, ошарашила! Выбила почву из-под ног, правильнее так было сказать.
Тимур нажал на «отбой» и долго смотрел на телефон с потухшим экраном.
Двойня.
Мало того, что его начала беспокоить сама Лера. Она незаметно пробралась к нему под кожу, и необходимость, если не видеть, то постоянно чувствовать под собой девочку, проявилась странными, но очень яркими эмоциями.
Так теперь и новость о беременности.
Он не ожидал, что Лера быстро забеременеет. Какой процент, что девушки «залетают» сразу? Три- четыре? Минимальный. И думать о беременности не думал. Он наслаждался телом Леры, ее запахом, вкусом. Дурел, когда прикасался языком к ее увлажняющимся складочкам и готов был часами вылизывать ее, заставляя кончать снова и снова.
Беременность изменит все.
Бессонная ночь не прошла даром, и Тимур осознал, что Валерия его чем-то зацепила. Она абсолютно ничего не делала, чтобы дополнительно привлечь его внимание. Никак не влияла на его жизнь. Лишь однажды пришла с просьбой съездить к пришедшей в себя матери, и «показаться». За свою услугу девочка готова была отблагодарить. Она делала все, что от нее требовалось.
Кроме проявления эмоции.
Но тут - бинго! Он-то, отдавая распоряжения по поводу контракта, как раз и хотел избежать каких-либо эмоций со стороны любовницы. А что получилось в итоге? Взбесился, как ревнивый подросток, когда увидел, что нравившаяся ему одноклассница улыбается другому парню.
Отец Тамима частенько говорил: «Изучишь себя - приручишь мир». Мудрый мужчина, к мнению которого Тимур прислушивался.
Он и изучал себя. Точно знал, чего хочет. Любовницу без претензий, которая по истечению девяти месяцев напишет отказную от ребенка и свалит из их жизни.
Лера идеально справлялась с ролью «любовницы без претензий».
Слишком идеально.
Тогда что изменилось в нем? В его требованиях относительно нее?
И он бы разобрался, непременно разобрался, если бы не нарисовалась многоплодная беременность.
У него будут малыши. Два мальчика. Или две девочки. Или мальчик и девочка. Ему без разницы. Лишь бы детки были здоровыми.
Сердце задохнулось от радости, адреналин подскочил в крови.
Радость была не долгой, отрезвление пришло быстро.
Контракт был составлен на одного ребенка.
Возникла проблема, которую предстоит решать.
Как ни крути, все дороги снова вели к Лере.
Как он там однажды сказал Тамиму? Что ему нужна женщина. Возможно, он ошибся. Лера-таки оказалась той самой сильной маленькой женщиной. Несмотря на то, что ее Судьба толкнула на отчаянные меры, она держалась. И он ни на мгновение не сомневался, что девчонка вцепится зубами во второго ребенка. Он бы вцепился. Вгрызся насмерть, и хрен бы, кто его оторвал. Загвоздка заключалась в том, что ему-то как раз и придется вырывать и отрывать.
Разговор с Валерией получился таким, каким он и предвидел. Предлагая изменить условия договора, он был на девяносто девять процентов уверен, что Валерия не согласится. Он бы не согласился.
Давить Тимур не стал. Пока что...
Им обоим надо отойти от новости. И хорошо все обдумать.
Когда Тимур в субботу добрался до тела Леры, думал у него поедет крыша от взрыва тестостерона в крови. Ему приходилось сдерживаться, хотя тело с эрегированным членом требовало, чтобы он спустил тормоза. Одна его часть нашептывала, что он может с девочкой делать все, что ему заблагорассудиться, и она не будет против, он даже может без особого напряга «распечатать» ей попку, наказать за те эмоции, что она невольно пробудила в нем. Другая, более щепетильная, склонная к глупому романтизму, что не выжгла даже Турция, говорила, что не стоит... Зачем? Почему бы не поддаться нежности, не прикоснуться к коже Леры так, как он того хотел после двухдневного перекура? А хотел он нежности. Хотел ответной страсти. Хотел чувствовать, как она кончает вместе с ним, видеть, как ее глаза затуманятся. Он хотел видеть на ее лице отклик - живые эмоции.
И он их получил.
Чтобы потом вновь разозлиться, когда отпустил ее в клуб на непонятную вечеринку.
