Потом, спустя пару часов, она все-таки вспомнит, что Тимур позволил ей самой принять решение. Но в те секунды ей хотелось думать, что он. Потому что она не могла. Не так ли? Она - лишь исполнитель контракта. Она - дочь, что спасала своих близких. Она - будущая мать, продавшая не родившееся дитя. Она не могла испытывать ничего к холодному красавчику-мужчине, что своей властностью ввергал ее в ступор и злость. Что познакомил ее с чувственной стороной жизни. Окунул в водоворот страсти. Заставил ее желать...
Кровь, выступившая в уголке его губ, заставила Леру глухо застонать и... прижаться к этим самым губам в страстном одержимом поцелуе. Лера и предположить не могла, что может так целоваться. Остервенело - иначе не скажешь. Прикусывая губы партнера, прижимаясь к ним так плотно, что становилось трудно дышать. И жадно, бесцеремонно проталкивая свой язык в чужой рот, чтобы в следующую секунду почувствовать чужое дыхание на своих губах. И натолкнуться на не менее яростный ответ.
Тимур мгновенно перехватил инициативу. Сменил положение ролей. Это было нагло. Это было вызывающе. Это было столь желанно.
Тимур обхватил раскрытой пятерней затылок девушки, припечатывая ее еще плотнее к себе, надежно фиксируя, давая понять, что она от него теперь никуда не денется. Что ее игры кончились. Пришло его время.
Его напор был настолько яростным, что у Леры на несколько секунд потемнело в глазах. То, что начиналось, как ее взрыв, как ее поцелуй, превратилось в чистый секс. Развратный и порочный. От которого сносило крышу, и первобытное возбуждение сильными волнами прокатилось по телу, заставляя вибрировать каждый оголившийся нерв.
Лера отвечала с жадностью голодавшего, что, наконец-то, добрался до пищи и, вопреки предупреждениям не спешить, набросился на еду. Так же и она. Не чувствуя ничего, кроме дикого желания растворится в Тимуре, слиться с ним, впечататься в него и оставить свои следы на его теле, что, впрочем, она и сделала, девушка вцепилась в его плечи. Их языки переплелись. Его губы мяли, порабощали, трахали ее рот. Леру сотрясла дрожь, колени подгибались, но она знала - ей не дадут упасть.
А если и дадут, то последуют следом.
Из ее горла вырывались хриплые стоны. Она не могла так стонать... Или могла?
Ее вели инстинкты. И злость, перемешавшаяся с невероятным возбуждением, когда кровь превращается в огненную лаву и устремляется вниз, сжигая все на своем пути.
Вот и Лера сжигала все мосты. Неосознанно. Единственно правильно.
Ее стоны отразились в рычании Тимура.
И вот уже ее платье трещит по швам, холодный воздух гостиной касается обнаженной спины. Руки Тимура, казалось, везде. На затылке, на оголенной спине, под подолом, на ягодицах.
Не в силах себя остановить, продолжая яростно двигать бедрами, показывая, что ей требуется, Лера не сдержала очередной порыв и вновь укусила Тимура. За что и получила по попе.
- Ах, ты...
Его глаза горели черным огнем. Лицо - отражение того бушующего пламени страсти, похоти, чистейшего возбуждения, что захватило мужчину и уже не отпускало.
Он действовал четко. Быстро.
Одно резкое движение и вот уже ладони Леры упираются в столешницу, остатки несчастного платья бесцеремонно задраны на талию. Трусики разорваны, и их треск еще вибрирующей музыкой отзывается у нее в голове.
Когда два пальцы Тимура требовательно проникли в ее горячее влажное лоно, Лера, не стесняясь, закричала. И подалась навстречу резким и между тем аккуратным толчкам. Поцелуями-укусами мужчина впился в лопатки девушки, оставляя на ее коже красноватые следы - следы своей страсти, своей одержимости. Он клеймил ее и получал от этого наивысшее наслаждение.
Окончательно потеряв связь с реальностью, Лера могла лишь чувствовать. Как внизу живота плавилась агония ее холодности, ее нежелания признавать очевидного. Лера сама подставляла бедра и раздвигала ноги, выпячивала попку. Прося, умоляя, требуя.
И тот мужчина, что разбудил в ней вулкан нешуточных страстей, не стал томить. Несколько порывистых движений, и Лера, кусая уже свои губы до крови, почувствовала, как ее тело наполняется, как пустота внутри нее - физическая и моральная, растворяется.
Леру держали крепко за бедра, оставляя на нежной коже следы.
Движения Тимура были жесткими.
Так самец берет самку.
Так мужчина утверждает права на свою женщину.
Не чувствуя по собой ног, не замечая, как прогибается в спине и царапает мраморную поверхность столешницы, Лера подавалась назад, чтобы вновь и вновь столкнуться с телом Тимура. Почувствовать его силу, ярость его движений, что выворачивали ее душу наизнанку и дарили телу невероятные по своей яркости ощущения. Услышать пошлые, еще сильнее возбуждающие шлепки двух соединяющихся тел.
Обоюдный оргазм не заставил себя долго ждать. Два стона слились в один.
Фейерверк. Пожар. Капитуляция.
Лера уперлась животом в столешницу.
Силы разом покинули.
Тимур, осторожно потянув ее за талию, прижал спиной к своей груди.
- Тихо, тихо, девочка...
***
Через два дня Тимур самолично вручил Лере новый договор.
Брачный контракт.
Который она подписала.
глава 14
Глава 14
Два месяца спустя...
