Когда один белоснежный шедевр сменялся другим, Лера спрашивала себя - сколько же надо было заплатить, чтобы организовать выезд на дом?
Ей ничего не понравилось.
- Как так? Совсем ничего?
- Нет.
- Хорошо... Все платья были с пышной юбкой. Я поняла тебя, Лера.
Следующей день ознаменовался примеркой более современных нарядов, подходящих под описание делового стиля.
И вот тут Лера не устояла перед платьем, словно пошитым специально для нее. Верх представлял собой топ на тонких лямках. Низ же состоял как бы из двух юбок: одна - обтягивающая, как вторая кожа, устремлялась книзу и заканчивалась у лодыжек, вторая шла воланами по бедрам. Дополняла наряд изящная накидка.
- Диана, я хочу вот это, - без всякого стеснения заявила Валерия, красуясь перед зеркалом. Впервые за время примерки у нее заблестели глаза.
Диана довольно улыбнулась.
- Прекрасный выбор.
Через два часа перед Валерией лежали несколько ювелирных футляров.
- А это что?
- Тимур одобрил все. Тебе необходимо выбрать.
Лера с толикой страха смотрела на черные и красные бархатные коробочки, понимая, что сверкающие, переливающиеся камушки в серьгах, колье и цепочках - бриллианты.
- Я не знаю, - тут Лера растерялась. Она мысленно пыталась представить, сколько стоят хотя бы вон те серьги в виде толстой цепочки и ей становилось дурно.
- Можно я помогу?
Мир, определенно, менялся, если Диана спрашивала у нее разрешения. Лера медленно кивнула.
- Давай остановимся на этом гарнитуре. Он идеально подойдет к твоему платью.
Диана указала на изумительный комплект из тонких серег, инкрустированных десятками бриллиантов и заканчивающиеся жемчужиной. Колье шло под горло, и лишь одна нить, так же унизанная бриллиантами и жемчужиной, спускалась вниз.
У Леры не нашлось слов.
В день бракосочетания никто более, кроме жениха и невесты, не присутствовал на процедуре. Тимур учел пожелания Леры.
Сам Тимур был в черном костюме. И крепко держал руку Леры. Выпускал ее лишь по надобности.
День бракосочетания важен для любой девушки. Хочет она того или нет. Валерия так же сильно волновалась, то твердо, без малейшего колебания ответила «да», когда понадобилось.
Отправляясь на встречу с Верестовым в тот далекий осенний день, могла ли она предположить, чем закончится ее авантюра? К чему она приведет? Какой коктейль эмоций пробудит в ее душе?
Какую подарит надежду.
Лишь после того, как они вышли из зала бракосочетания, Тимур снял накидку с плеч Леры и вместо нее накинул на плечи короткую шубку. На улице пошел первый редкий пушистый снежок.
- Холодно уже.
Девушка готова была разрыдаться.
Все, как во сне. Тимур, свадьба, она сама.
И лишь блеск стальных глаз был реальнее всего остального.
глава 15
Глава 15
Тимур вернулся быстро. С порезанными яблоками - зелеными и красными - красиво уложенными на белоснежной тарелке. Во второй руке он держал стакан с водой, где плавали маленькие дольки лимона.
Молча подойдя к кровати, он поставил ночные лакомства на прикроватную тумбу со стороны Леры и присел на край кровати.
- Больше не тошнит? Может позвонить Орешко?
Бедная Ангелина Геннадьевна! Лера не знала, сколько ей платит Тимур, но если бы ее беспокоили по каждой ерунде днем и ночью, она бы не выдержала и, как бы не дорожила клиентом, указала бы на время и на свою занятость. И у Орешко они были не единственными!
- Тимур, вот кого точно не стоит беспокоить, так это Ангелину Геннадьевну, - девушка постаралась улыбнуться, хотя взгляд зацепился за обнаженные мужские плечи и отказывался от них отлипать.
Странные у нее гормоны. Очень странные. Разве такое может быть, чтобы тремя минутами назад тебя выворачивало наизнанку, скручивало внутренности, а когда буря успокоилась, ты не без зарождающегося возбуждения начинаешь смотреть на красивого мужчину, что с недавних пор числится твоим мужем и с тех же самых пор осторожничает в отношении секса с тобой? Вернее как - Сардынов не прикасался к Лере с того дня, как у нее начинался токсикоз.
Три недели.
И если бы ей кто три недели назад сказал, что она будет изводиться от недотраханности - да простят ее французский, но именно такой она себя и чувствовала - Лера бы улыбнулась, мысленно охарактеризовав сказавшего, как человека недалекого или абсолютно ее не знавшего. Она, что практически равнодушно относилась к сексу, и вдруг превратится в нимфоманку, что сквозь опущенные ресницы будет наблюдать, как переодевается в ее присутствии мужчина? Как играют его обнаженные ягодицы, когда он натягивает белье? Или как перекатываются сильные мускулы, не прикрытые ни рубашкой, ни футболкой? Она бы сказала - бред.
Сейчас реакции собственного тела пугали Леру. Это все гормоны. Гормоны и ничего более.
Ведь правда же?
Как сейчас.
Только ушла тошнота и исчезла горечь во рту, появились другие признаки. Грудь потяжелела, соски раздражались даже от нежного шелка сорочки. Между ног так же было дискомфортно. Непривычно. Словно чего-то не хватало. И думать о том, чего конкретно Валерии не хватало, было стыдно.
Да, именно стыдно.
Перед собой.
Потому что ситуация получалась карикатурной.
Она не должна была хотеть Сардынова.
