Ну да, не собирался. Она сама должна его была отдать, все верно.
- Тимур, черт! - она хотела вырваться, но куда там. Ее держали крепко. - Вот, правда, зачем тебе?.. Откуда в тебе взялась эта доброта ко мне? К моей семье? Мы же незнакомые для тебя люди! Да, я провела с тобой три месяца! Забеременела! Но, блин... Это неправильно! Понимаешь? Ты же... ты же «барин», который...
- Кто я?
Лере, наконец, удалось его удивить.
Пришла очередь замирать Лере. И нет бы угомониться, нет бы устыдиться и умолкнуть, так нет же, она продолжила откровенничать.
- Я так про себя тебя называла. Извиняться за это не буду.
Мужчина хмыкнул ей в макушку.
- Интересно. Я-то ожидал, что ты в отношении меня использовала более крепкие словечки, среди которых «мудак» - самое безобидное.
- Я не ругаюсь матом.
- А, то есть, поэтому я и избежал сей участи быть обласканным?
До Леры доходило долго. Как в той присказки про жирафа. Когда она поняла, что Тимур мало того, что не разозлился, так еще и подтрунивает над ней, задрала заплаканное лицо, чтобы взглянуть на мужчину.
Он смотрел на нее спокойно. И... снова улыбался.
То есть, чтобы увидеть на его высокомерном лице улыбку, ей надо было его обозвать?
Что ж, учтем на будущее.
Лера покачала головой и снова уткнулась ему в грудь. Тут было уютно. Было сладко. Было комфортно. Тут ее окутывал аромат хвои, моря и мускуса, от которого слегка кружилась голова, щемило в груди, и тяжелели груди, а соски напрягались. Реакция собственного тела снова удивила Леру. Вот, стоило оказаться рядом с Тимуром, как у нее что-то заклинивало в голове или где-то там еще, разбираться она не хотела.
- Итак, я барин, который... что там делал или должен был делать?
Лера обхватила Тимура за торс и сильнее зарылась в грудь. Все, больше она не скажет ни слова.
Будет стоять и наслаждаться теплом его тела.
глава 17
Глава 17
Затишье закончилось перед Новым Годом.
Лера, полностью погрузившись в хлопоты по переезду и обустройству дома, даже не заметила, как буря медленно подкралась.
Токсикоз перестал ее беспокоить в прежнем объеме, и она безвылазно торчала в строительных магазинах. Подбирала материалы для отделки, мебель. Мама ворчала, Геныч супился или ухмылялся.
- Скажешь хоть слово - прибью, - как-то раз бросила ему Лера.
Тот примирительно поднял руки кверху.
- Я вообще молчу.
- Вот и молчи.
А еще у Леры вошло в привычку все обсуждать с Тимуром. Как так получилось, она и сама не поняла. Просто однажды перед сном стала говорить, что сделала, что заказала. Спросила его совета. Он выслушал и ответил. И лишь потом, уже засыпая, Лера с легким недоумением осознала, что именно произошло.
Они начали общаться.
По-настоящему.
Разговаривать.
Тимур ее не оттолкнул. Не высмеял. Отнесся с пониманием.
Правда, табу на секс так и не отменил.
За прошедшие недели Лера так уставала, что даже была рада. Сил к вечеру у нее не оставалось. Нет, она бы, конечно, не отказалась, если бы он поласкал ее языком, оральная ласка в его исполнении стала для нее особым лакомством. Но просить было стыдно.
Так и жили.
- Ты много работаешь, - как-то заметил Тимур за завтраком, посылая Лере недовольный взгляд, который она, поглощенная чаем, не заметила.
- Хочу, чтобы дом был готов к Новому Году, - сказала и внезапно осеклась. Поставила кружку на стол и лишь потом посмотрела на Тимура. - Кстати, про праздник. А где мы его будем встречать?
- Для меня Новый Год, как праздник таковой не имеет значения. Я с большей симпатией отношусь к Рождеству. На него, скорее всего, улетим куда-нибудь отдохнуть. Пожелания какие-нибудь будут?
Лера покачала головой.
- Нет. Куда выберешь, туда и полетим. Предпочтений нет. Тогда... возможен вариант встретить новогоднюю ночь с моими близкими? Тимур, я понимаю, что ты не горишь желанием с ними общаться, и я...
То, как резко отодвинул от себя чашку Тимур, заставило Леру оборвать себя. Она невольно вжала плечи в голову, наблюдая, как мужское лицо искажается сдерживаемой яростью.
- Лера, - голос Тимура способен был заморозить Тихий океан. - Скажи мне, пожалуйста, как хорошо ты меня знаешь, чтобы понимать?
Каждое выговоренное сквозь плотно сжатые губы слово долетало до Леры острыми ледяными осколками и неприятно ранило нежную кожу. То небольшое, невесомое перемирие, что установилось между ними, оказалось слишком хрупким. И Лера была причиной того, что оно лопнуло, разлетелось на множество частиц.
- Я не то хотела сказать, - более глупого оправдания Лера не могла придумать.
Сверкнув глазами цвета стали, Тимур резко поднялся, с шумом отодвинув стул.
- Приятного дня, Валерия.
Ей надо было остановить его. Окрикнуть. Ее душа требовала именно таких действий.
Но, как назло, тело и язык отказались повиноваться. На Леру нашло оцепенение. Она смотрела, как удаляется высокая фигура мужа и чувствовала, как пропасть разворачивается под ногами.
