- Я пока не могу с тобой разговаривать про Турцию... Прости, - она его прекрасно понимала. - Что касается Дианы... Она сегодня влетела ко мне в офис вся взбудораженная, в слезах. Начала сбивчиво говорить, перескакивая с темы на тему, упоминая тебя и говоря об опасности. Я ничего не понимал. Пришлось прикрикнуть, чтобы она успокоилась. Женская истерика - тяжелый случай. Выпив коньяка, она, наконец, смогла связно говорить. В это сложно поверить, но ее сестра-близнец жива. Диана, да и все мы думали, что она умерла. Но, как я теперь понимаю, мы ошиблись. Из борделя ее выкинули на улицу, где ее подобрал кто-то из местных. С ним или с ними она и жила. Более подробная информация будет к вечеру. Все эти годы она считала, что Диана ее бросила. Особенно после того, как она однажды увидела ее в газете, на фото, рядом со мной. Я бывал по делам в Турции, не единожды. Вот так все и сложилось... Тогда-то Дарина и задумала месть. Уничтожить тех, кто дорог Диане. По поводу вашей женской логики я промолчу. Ее выбор пал на тебя и меня. Меня она планировала взорвать. Тротил обнаружили у нее на съемной квартире. Тебя... Про тебя ничего говорить не буду. Главное, что обошлось. Когда Диана была у меня, я позвонил Руслану, так как Дмитрий сказал, что ты его отпустила. Тогда я попросил брата забрать тебя с университета. Как оказалось, не зря.
Лера молча выслушала его речь.
Встала и подошла к мужчине, стоящему к ней спиной. Обняла его, прижавшись щекой.
- Не зря. Руслан спас меня. Он появился, как никогда, вовремя. Эта женщина напала на меня с ножом. Мне удалось увернуться, а потом в туалет ворвался Руслан. Я даже толком не успела ничего понять... Гневная, я пошла за ней следом, думая, что она - Диана. Если бы присмотрелась внимательнее, поняла бы, что она на нее похожа, но различия вполне заметны.
Тимур развернулся так резко, стремительно, что Лера даже покачнулась.
Мужчина с пылающими глазами, в которых она видела свое отражение, схватил ее за плечи и сжал.
- Валерия, пообещай мне, что если вдруг тебе что-то будет казаться странным, ты мне сообщишь! Не знаю что: человек, звонки, пробегающая мимо тебя в одно и тоже время животина! Что угодно! Пообещай!
Лера, как зачарованная смотрела на него, и чувствовала, как в горле образовывается ком.
- Обещаю, - шумно сглотнула и быстро, пока не ушла решимость, продолжила: - Сейчас мне кажется твое поведение странным.
Мужчина приглушенно выругался.
- Ты права, черт побери! Я за тебя так сильно испугался... Когда позвонил Рус и сказал, что едва успел! Млять, Лера! - рывок, и Тимур прижал ее к себе. - Девочка моя любимая...
Вот тут Валерия уже не выдержала. Всхлипнула и руками вцепилась в рубашку мужа, благо, пиджак был распахнут.
- Любимая?
- ЛЕРА! - его хрип отозвался в самом сердце.
- Скажи... Скажи...
- Любимая, черт побери! - он отодвинул ее от себя, чтобы иметь возможность посмотреть в заплаканное лицо. Улыбающееся. С робостью и надеждой застывшей в глазах. - Я... Лера, а, ну, не смей плакать, иначе я ничего не буду говорить. Потому что и так чувствую себя дураком! И не делай бровки шалашиком! Я в жизни ни одной девушке в любви не признавался!
Последнее откровение и вовсе шокировало Леру.
- Ни одной...
- Нет. После пленения, после подставы мачехи сложно верить женщинам. А тут ты. Чистая. Добрая. Нежная.
- А что не так с мачехой?
Тимур покачал головой.
- Потом. Не сейчас. Просто не могу. Ты знаешь, я не разговорчив. Не умею говорить о своих чувствах, особенно женщине. Для меня всегда они были приятным времяпровождением. Сексом. Телом. Ты же... Ты все изменила. Да что же ты плачешь-то... Господи, Лера! У меня сердце разрывается от твоих слез!
Лера размазала слезы по щекам и улыбнулась.
- Так это... Тимур, банально, но от счастья. Вот уж поистине, не было бы счастья, да несчастье помогло. Интересно, сколько бы мы ходили вокруг да около?
- Ты про что?
Мужское тело по-прежнему было напряжено. Лера чувствовала ладонями.
- Про наши чувства. Я так понимаю, мы с тобой несколько раз пытались поговорить. Перед поездкой на Мальдивы, в новогоднюю ночь, и каждый раз ступорились. Я - понятно. Я - девочка...
- Это ты сейчас таким образом отмазываешься? - складки на лбу Тимура и вокруг губ разгладились. Взгляд потеплел. В нем больше не плескалась настороженность.
- Отмазываюсь? Тимур Олегович, что за сленг? - Лера подняла руку и дотронулась до его губ. Провела по ним, почти не касаясь. - Хотя, ты прав. Я, как истинная консерваторша, ждала первого шага от тебя. И у меня на то были свои причины. Я пришла в твою жизнь необычным образом. Суррогатная мама, которая суррогатной никогда и не была.
Тимур захватил губами ее пальчик и легонько принялся то посасывать, то покусывать подушечку фаланга. От этой, казалось, простой ласки по телу Леры прокатилась уже знакомая волна предвкушения. Груди отозвались мгновенно, соски затвердели, в трусиках стало влажно. Быстро-то как.
- Тот первый контракт... Мы вроде бы все по нему решили, - оторвавшись от ее пальчика, сказал Тимур.
