Вообще говоря, Джейсону Папандреу следовало направить «Придворного шута» прямиком домой, на Джинкс. Но…
Однажды ему довелось видеть странную звезду.
Он был холост и служил добровольцем на одном из боевых кораблей Земли, когда последняя война с кзинами подходила к концу. Люди уже явно побеждали. Кзины сражались яростно и смело, милосердие им было неведомо, но они всегда пытались захватить намного больше, чем могли удержать.
Флот землян вытеснил кзинов за пределы освоенного людьми космоса, потом потеснил еще немного, захватив в качестве компенсации понесенного ущерба два кзинских мира. И вот корабли повернули домой. Капитан судна, на котором служил Джейсон, отклонился от курса, чтобы дать своему экипажу возможность, может быть последнюю, посмотреть на бету Лиры.
Сейчас, десятилетия спустя, Джейсон, его жена и их единственный пассажир-чужак неслись по космосу на корабле, рассчитанном человек на тридцать. Анна-Мари страдала от неудовлетворенного любопытства: ей никак не удавалось вскрыть стазисный сейф, хранившийся в носовом отсеке. Несс, сумасшедший кукольник, проводил время в своей каюте, неподвижно и угрюмо паря между спальными пластинами. До Джинкса оставалось несколько недель полета.
Срочно требовалось какое-нибудь развлечение.
Бета Лиры. Чтобы посмотреть на нее, нужно отклониться от курса всего на шесть градусов.
Анна-Мари с нетерпением поглядывала в нишу, где хранился стазисный сейф.
— Неужели его никак нельзя открыть?
Джейсон не отвечал. Все его внимание было поглощено детектором массы — прозрачным шаром, из центра которого к поверхности, раздваиваясь, извивалась зеленая линия.
— Джей?
— Мы не можем его открыть. У нас нет приборов, нейтрализующих стазисное поле. К тому же это незаконно.
Почти прибыли. Нельзя допустить, чтобы двойная линия стала слишком длинной. Если корабль, летящий через гиперпространство, выходит из него слишком глубоко в гравитационном колодце, он исчезает.
— Как ты думаешь, нам расскажут, что там?
— Если только это не какое-нибудь новое оружие.
— С нашим везением так и будет. Джей, ведь раньше никогда не попадался стазисный сейф такой формы. В нем наверняка что-то новое. Институт будет исследовать это многие годы… Ай! Джей, что ты делаешь?
— Выхожу из гиперпространства.
— Мог бы предупредить женщину. — Она принялась ощупывать свой живот, словно проверяя, все ли на месте.
— Женщина, ты не хочешь глянуть в смотровое окно?
— Зачем?
Джейсон только загадочно улыбался. Его жена, зная, что не получит другого ответа, поднялась и нажала клавишу, открывающую обзор. Пилоты частенько ни с того ни с сего выныривают из гиперпространства. Слежение за тем, чтобы не попасть в «слепое пятно», утомляет даже самую крепкую нервную систему.
Анна-Мари стояла у широкой прозрачной панели — высокая тонкая брюнетка в ярко-зеленом свободном джемпере. Родившись на Стране Чудес, она принадлежала к породе гибких, тонкокостных людей, развившейся в условиях малой гравитации. Джейсон Папандреу, появившись на Стране Чудес, попытался пополнить ею свою коллекцию женщин, покоряемых в каждом порту, но у него ничего не вышло. За первый же год их совместной жизни она изучила космос и «Шута» вдоль и поперек и стала просто незаменимой. Джей, Анна и «Шут» образовали единый самостоятельный организм.
Она считала, что повидала все, что имеет смысл увидеть в космосе. Но такого не видела! Ухмыляясь, Джейсон ожидал ее реакции.
— Джей, красота-то какая! Что это?
Встав рядом с женой, Джейсон обнял ее за талию. За последний год Анна-Мари прибавила в весе: живя в сильной гравитации, поневоле упражняешь мускулы. Он глянул над ее плечом в окно и подумал: «Дым».
И правда, за окном был дым. Витой шнур красного дыма свивался в тугой клубок. В середине клубка располагался источник света — двойная звезда. Одна из звезд в этой паре горела бело-фиолетовым огнем, и, не будь в окне поляризатора, ее лучи выжгли бы сетчатку глаз зрителей. Ее маленькая напарница была желтая. Расстояние между этими звездами было так мало, что взаимное притяжение превратило их в два приплюснутых яйца, охваченных по экваторам широкой лентой красного, более слабого, свечения. Эту ленту образовывал водород, содранный с поверхности звезд их конфликтующими гравитационными полями.
Последствия столкновения гравитаций этим не исчерпывались. Свободный конец светящейся красной ленты закручивался в спираль, будто украшение Майского дерева, и уходил в космос, постепенно расплываясь и тускнея, изменяясь от огненно-красного в дымно-красный. На небе висела огромная, в пол-Вселенной, спиральная конструкция, усыпанная блестками звезд.
— Это бета Лиры, — сказал Джейсон. — Я пролетал здесь в молодые годы, когда был беззаботным и свободным. Гм… С тех пор здесь мало что изменилось.
— Ну надо думать.
— Э-э-э, не принимай это за постоянное явление. Неужели ты думаешь, что эта пара будет вечно извергать водород? Какой-нибудь миллион лет — и фьюить! Нет больше бета Лиры.
— Жаль. Давай поскорей разбудим Несса, пока она не исчезла.
