Спустя пару минут операция заканчивается успехом. Драган сжимает в кулаке концы ленты, пропущенной через камень в полу, и без видимых усилий приподнимает всю конструкцию. Из пола выдвигается внушительных размеров каменный блок. Драган подхватывает его другой рукой снизу, перемещает в сторону и ставит на пол.
В полу открывается обширный проём. Бэла светит фонарем в темноту обнаруженного ими тайного хода. Под светом фонаря поблёскивает вода. Драган тоже склоняется над лазом:
– Наверное, это вода из озера сюда доходит. Надо проверить, куда он ведет.
С этими словами он садится на пол и начинает снимать с себя обувь. Сидящая рядом Бэла взирает на него с явным неудовольствием:
– А тебе не всё равно, даже если и промокнешь?
– Мне-то – да. Но боюсь, другие, которые не подозревают, что я вурдалак, упырь и кровосос, будут несколько озадачены, если я стану расхаживать в мокрой одежде.
Драган поднимается и снимает куртку – становится видно, что на поясе джинсов у него висит чехол с ножом, – а затем стягивает с себя и свитер. На обнажившемся торсе практически нет мышц. Под блеклой, безжизненной кожей рельефно проступают дуги ребер. На изможденной груди, резко контрастируя с бледностью кожи, густо темнеют волосы. Тонкая дорожка волос тянется через впалый живот. И жилистые бескровные руки до локтей покрыты волосами.
Бэла нервно встает на ноги:
– Может, я уже пойду тогда?
– Не хочешь узнать, куда ведет тайный ход? – Драган, принявшийся было расстёгивать джинсы, останавливается.
Бэла деланно равнодушным тоном:
– Потом расскажешь.
– Нет, останься, присмотри за моими вещами, – Драган кивает в сторону своего рюкзака, валяющегося на полу.
– Я Даниеля позову, – торопится ответить Бэла и смотрит в сторону лестницы.
Драган подходит ближе и пристально смотрит Бэле в глаза с вызовом и насмешкой:
– Сделай одолжение Даниелю.
Пока Бэла собирается с мыслями, чтобы возразить, он вкладывает ей в руку фонарь и нажимает на кнопку. Дно колодца накрывает тьма. Голубеющий клочок неба, затерявшийся в высоте тесно смыкающихся стен, дает едва ощутимый призрачный свет.
Неясная сероватая фигура Драгана исчезает, нырнув под пол. Слышен всплеск воды. Бэла включает фонарь и, прислонившись спиной к стене, кричит:
– Ты надолго?
– Посмотрим. Думаю минут пять, не больше, – в повисшей паузе до Бэлы долетают хлюпающие звуки шагов. – Не ожидал, что ты такая трусишка. Или стесняшка?
Бэла, лениво водя лучом фонаря по вещам Драгана, оставленным на полу:
– А я ожидала, что ты извращенец. Но эксгибиционизм – это как-то мелко.
– Для великих – нет ничего мелкого, – голос Драгана глохнет вдалеке.
Бэла направляет свет на лаз в полу и, как будто что-то решив про себя, пожимает плечами с выражением лица «почему бы и нет», а затем склоняется над проёмом. Фонарик выхватывает из темноты удаляющуюся мужскую фигуру. Даже издалека видны безобразные шрамы, изрезавшие вдоль и поперёк бесплотно-бледную спину.
Бэла усаживается рядом с одеждой Драгана и, оставив фонарь, отстёгивает от джинсов ножны. Сделанные из кожи, они покрыты тонким тиснением, которое на первый взгляд кажется просто затейливым орнаментом. Но она вертит ножны в руках, и под другим углом становится видно, что орнамент – это стилизованные буквы, которые складываются в слова: «Dragan Paerill» («Драган Перилл»).
Полюбовавшись на чехол, Бэла наконец берется за светлую, в мраморных разводах, каповую рукоятку и достает нож. Широкое серебристое лезвие мягко мерцает на её ладони. Она осторожно проводит подушечками пальцев по самому краю острия – лезвие оставляет на коже прозрачный порез, который постепенно алеет, наполняясь кровью. Бэла растирает кровь большим пальцем. Тут, как будто что-то вспомнив, она откладывает нож, поспешно лезет в карман и достает кожаный мешочек. Нерешительно взглянув на тёмное пятно тайного хода, она подтаскивает с себе рюкзак Драгана, и из рюкзака на пол выпадает книга-ежедневник.
Чертыхнувшись, Бэла поднимает её, собираясь положить обратно, но замечает уголок цветной открытки торчащей между страниц. Поколебавшись несколько секунд, она всё-таки тянет открытку наружу. Это сильно помятая репродукция картины, которую ей раньше показывал Даниель. Девушка одетая по моде XVIII века. Лёгкое белое платье с высоким свободным воротом открывает нежный изгиб молочно-белой шеи. Прозрачные янтарные глаза лучатся неотразимым озорством. Чувственные губы тронула лукавая улыбка. Бэла, разглядывая открытку, задумчиво поправляет волосы, но вот снизу раздается шум шлепающих по воде шагов.
Бэла в спешке возвращает на место и книгу, и открытку, закрывает молнию рюкзака, находит, оставленный на полу нож, но как раз в этот момент голова Драгана появляется из-под пола, и Бэла вскакивает с непринужденным видом.
Драган:
– Воды сначала по щиколотку, потом – по колено, а под конец надо нырнуть в озеро, но, в принципе, даже обычный человек может здесь пройти, если умеет плавать, конечно.
Облокотившись о каменный край, он делает один лёгкий рывок вверх и оказывается на полу.
