— Бедняжка, — напеваю я и даю ей пару таблеток обезболивающего. Ее исцеление оборотня началось, заживляя все, кроме небольшой припухлости половых губок, но я не хочу, чтобы она чувствовала какую-либо боль. Селена откидывается назад, позволяя мне вымыть ей голову.
Когда наклоняюсь ближе, она приоткрывает губы, намереваясь что-то сказать.
— Ш-ш-ш, — говорю я ей. — Просто помолчи.
Она отрицательно качает головой.
— Питомец. Повинуйся мне.
— Я наблюдала за рассветом, — хрипло шепчет она. Садится и берет меня за руку. — Все началось с зарева. Золотистого света над горами. Небо было темно-синим…
Я сижу, замерев, пока Селена описывает каждую минуту рассвета.
Закончив, она облизывает губы. — Я все сделала правильно?
Я моргаю. — Малыш. Это было прекрасно.
Я просыпаюсь от прохладного воздуха, обдувающего мое лицо. Возле меня огромная фигура, он убирает волосы с моего лица.
— Питомец. Пора просыпаться.
— Ты все еще здесь.
— А где же мне еще быть? — Он продолжает играть с моими волосами, перекидывая их через плечо, сжимая в кулаке. Он одержим ими. — Ты хорошо себя чувствуешь?
— Еще жива.
Мы вместе, вдвоем. Знакомая комната. Я в главной спальне, на огромной двуспальной кровати напротив камина, где оказалась в ловушке.
Думаю, он простил меня за то, что я разнесла его спальню.
Я обвиваю его своими ногами.
— Питомец, нет. Тебе больно.
Я беру его руку и кладу себе на живот. — Я готова. Я хочу этого.
Люциус опускает руку ниже, его глаза блестят. — Знаешь, ты совсем не покорная.
— Я же тебе говорила. — Я закатываю глаза, прерывисто дыша.
— Тебя всегда отличало слишком большое мужество. Даже когда преклоняешь передо мной колени, ты не показываешь страха.
— Я всегда тебя боялась. Я же не дурочка, — фыркаю.
Он сжимает мои соски. Боль пронзает меня, заставляя мои чувства петь. Я обвиваю голой ногой его бедра, притягивая ближе, прекрасно понимая, что не могу заставить его делать то, чего он не хочет.
— Я хочу этого.
— Очень нагло. — Он прижимается губами к моему подбородку. Я повернула голову, пытаясь поймать его поцелуй. Люциус проводит губами по моему лицу, прижимая меня своим тяжелым телом, заставляя принять его доминирование. Когда он наконец целует меня в губы, я издаю торжествующий рык.
Он прерывает поцелуй, с удовлетворением глядя на меня, в то время как членом упирается в мое бедро, таким твердым, отвлекающим.
— Ты альфа, Селена. В любой стае ты была бы на вершине.
Я вздрагиваю при упоминании о стае. Он видит мое смятение, потому что скользит рукой по моей груди. — Детка, я не имел в виду…
— Все в порядке, — перебиваю я. — Знаю, что ты имел в виду. Теперь я не в стае.
— Нет. Ты здесь, рядом со мной.
— В доме повелителя вампиров.
— В постели с монстром.
Я вытягиваю шею, чтобы найти его ухо. Больше не могу бороться с его притяжением. — Я больше нигде не хочу находиться.
С рычанием он хватает меня за запястья, прижимая их к бедрам.
— Лежи спокойно, — приказывает он, когда достигает моего лона, его горячее дыхание обдувает выбритую кожу, заставляя меня попытаться увернуться.
Он царапает клыками мои половые губки, и я вздрагиваю от того, насколько он опасен.
— Моя малышка, такая милая, такая соблазнительная. — Он трется носом о внутреннюю сторону моего бедра. — Ты знаешь, что здесь проходит артерия? — говорит он и кружит языком по чувствительной коже, а потом покусывает зубами. — Объедение. Настоящий шведский стол, именно здесь.
«Сделай это. Укуси меня». Я хочу умолять, но, видимо, мое лоно выглядит слишком сочным и аппетитным, потому что он поворачивает голову и награждает меня долгим облизыванием. Я исцелилась после электрической игры прошлой ночью, но не могу подавить стон, когда он доводит меня до оргазма своим языком. Люциус раздвигает мои ноги, а я сжимаю в кулаке простыни.
— Умоляй меня, если хочешь кончить, — приказывает он, и я тут же начинаю лепетать.
— Пожалуйста… сэр, Люциус…
— Давай… сейчас… — Он сопровождает свой приказ двумя пальцами, нажимая на мою точку G, и я так сильно кончаю, словно могу расколоться надвое.
Я все еще ахаю, когда он поднимается надо мной, снова схватив мои запястья и наполняя меня. Он растягивал меня пальцами и дилдо, но ничто не подготовило меня к ощущению его члена. Твердого. Доминирующего. Идеального. От красоты момента у меня слезятся глаза.
— Милая, — прохрипел он, мягко покачиваясь, входя в меня, поскольку во мне снова нарастал оргазм.
— Спасибо, — шепчу я.
— Черт, — бормочет он, блуждая взглядом по моему лицу. — Так мило. — Бедрами прижимаясь к моим, он погружает член еще глубже. — Хочешь кончишь со мной?
— Да…
— Да?
— Да, пожалуйста, сэр, могу я кончить?
— Хорошая девочка. — Он ускоряет свои толчки, и мои ноги начинают дрожать. — Давай, красавица. Кончи со мной.
