— Так мы готовы присоединиться к вам в нападении на банду. — Я выглядел так, что в искренности моих слов не сомневался бы сейчас даже самый недоверчивый человек на свете. — Не мне объяснять вам, сеньор Джанос, что правильная атака сведет потери к минимуму. Эти недоноски — не чета вашему отряду. Мы в окружении смогли сохранить свои и забрать пару вражеских жизней.
Предводитель ничего не ответил. Лишь вздохнул и указал рукой на хмурящегося Бартала, который пояснил, как сильно мы заблуждались относительно своих возможностей.
— Сколько, вы говорили, было людей у Энра Змеелова? Тридцать? Как бы не так. К Двуцветным присоединились недобитки от наших соседей. Мы легко прочитали следы на дороге и в лесу. Вышли на лагерь, потому что не особливо они и прятались. Мы даже думали, что пристрелим нескольких поганцев. Чтобы со сном у них проблемы были. Но не рассчитывали на зрелище, открывшееся нашим глазам. Они набрали достаточно сил. У меня со счетом туго, но мой зять выведал, что теперь их в два раза больше, чем нас. И это не все их силы. Даже если мы как-то хитро атакуем и победим — потерь будет столько, что не хватит солдат захватить и мельницу у Соломона Орснара. Он предатель и достоин виселицы вместе со своим лордом, но правде надо смотреть в глаза.
— Нам нечего здесь больше делать, — добавил Джанос. — Я честно служил своему господину, но в глупой смерти чести нет. Теперь я отправлюсь в Бобровый форт и буду там сдерживать всех глупцов, решивших помешать истинному королю овладеть столицей. Вам придется пойти со мной.
— С какой стати? — удивился я. — Уж лучше мы попортим кровь Двуцветным, бесцветным и прочим любителям чужого добра. Мы будем забирать их жизни до тех пор, пока со страху они испражняться не станут только в центре лагеря. Поверьте, я могу им такое устроить.
— Неужели? — взглянул в мои глаза Бартал.
— Вас схватят. — Джанос решил закончить сей спор. — Вы расскажете про нас все. Форсированным маршем они нагонят нас до того, как мы будем в безопасности. Придется принимать бой. Забудьте про свою повозку и все, что в ней, поскольку добычу они не будут держать при себе долго. Это во-первых. Во-вторых же, мой приказ даже не обсуждается. У Бобрового форта можете идти в любую сторону. Можете мешать испражняться кому угодно.
Торговцем стать не получилось, хоть я и очень старался. В этом деле везет действительно не всем. И даже не половине из рискнувших покинуть родные края и отправиться в путешествие, сулящее богатство и влияние в будущем. Во всяком случае, в тех странах, где правителя нет, где правитель — окончательно свихнувшийся от старости маньяк и где правитель — бесхребетное или подсадное ничтожество, боящееся возразить даже собственной собаке. Эллас-Амин, страдая от внутренних конфликтов, делает все, чтобы торговые пути процветали и приносили прибыль. Чтобы путников не уничтожали злобные кочевники и они беспрепятственно добирались туда, где своими деньгами пополнят имперскую казну. Конечно, исключений полно и там, но тут в дело вступает фактор случайности. В моей жизни за последние месяцы этот фактор окончательно ушел в спячку. Мир целенаправленно желает моей смерти, а я избегаю ее лишь благодаря природному чутью и некоторой степени изворотливости. Ну и благодаря мечу. Он, правда, сейчас не оттягивал моего пояса — все-таки предводитель Джанос не спешил даровать нам свободу.
Было много моментов, когда покинуть отряд из сотни воинов было проще простого, но мы никуда не ушли. Из-за этого тоже случалось много споров между нашей троицей, однако теперь я всецело поддерживал позицию Джаноса. Стоило отдышаться, закрыть глаза — и я осознал, насколько он был прав. Первый порыв был неверен, поспешен и принес бы нам только смерть. К черту пресловутые ковры! Будем считать, что мы просто решили поглазеть на неизведанные земли. Неизведанные нами, естественно. Я заработал монеты на обратный путь, а уж в знакомых странах воин без работы не останется.
Все, что я мог посоветовать Энрико, которого я все же несколько жалел, это найти себе место писаря или учителя в каком-нибудь встречном городишке. С голоду не помрет, если научится трезво смотреть на мир. Алабель… Алабель не нуждается ни в чьей помощи, и я до сих пор не пойму, чего ей от нас надо. Она увязалась за нами еще в Сараксе и прикрывается тем, что хочет начать новую жизнь. Неизвестно где и неизвестно как, но, по ее словам, с нашей помощью. Какое-то скрытое лицемерие, ибо я считал, что вполне расплатился с ней за спасение наших жизней от толпы ведьм, учитывая то, что из-за нее в их лапах и оказался. Ну, и из-за несчастного Мартина, теперь развозящего мрамор на небесах.
