За ночь девушка почти не сомкнула глаз, в ушах шумела магия, перемещаясь по венам, ища выход наружу, а не найдя его, принималась «
Завтрак проходил в полном молчании. Иштван читал газету, подняв ее на уровне собственных глаз, Хадринн Де Кольбер безучастно смотрела вглубь комнаты, помешивая миниатюрной серебряной ложечкой горячий напиток. Каждый задумался о своем, не решаясь раскрыть рта. Поначалу Элайн казалось, будто с обретением дара крови ничего не изменилось, но теперь она отчетливо ощущала разницу в энергии между существами и была удивлена, узнав, что каждый имеет свою ауру, неотделимую, словно вторая душа.
Если бы было возможно облачить ее в цвет, то у вампиров она была бы темно-фиолетовая, почти черная; ее собственная казалась глубокого бордового оттенка, такой можно увидеть лишь вытекающей из локтевой артерии при кровопускании. Способности ведьмы были для нее большой загадкой, и она мысленно сделала для себя зарубку взять в библиотеке замка книги с легендами о подобных ей существах, а может, даже осмелиться вновь заглянуть в фолиант Корнеля. С чего-то же нужно начинать.
Вдруг Элайн ощутила на себе чей-то пристальный взгляд, вынуждающий волоски по всему телу встать дыбом, но наблюдение за каждым из присутствующих ответа не дало. Никто не смотрел в ее сторону, однако Иштван Де Кольбер, отложив газету, выпрямился, чуть повернув голову к плечу.
– Я ждал твоего возвращения. Ну же, покажись, я знаю, что ты здесь.
Мгновение ничего не происходило, и Элайн подумала, что на рассудке владыки сказывается напряжение в свете последних событий, а может, прорвались наружу потаенные мысли, но тени на стенах начали подрагивать в известном только им танце, побуждая девушку в испуге озираться по сторонам. Тени, отбрасываемые каждой поверхностью, сгущались, становились плотными, казалось, поглощая робкий утренний свет, пробивающийся из окон, пока не сформировались в нечеткий силуэт.
– Ну же, Эгон! Я теряю терпение, если ты сейчас же не окажешься здесь, будь уверен, я выпорю тебя!
Силуэт стал четче, а после медленно поплыл по стене к полу, перетекая ручейком к ножкам кресла, на котором сидел глава вампиров, скорчившись от злости. Тьма теней забурлила, поднимаясь, и теперь вырисовывались явные черты мужского тела, накрытые длинным плащом. Незнакомец так и остался на коленях перед креслом, практически касаясь дощатого пола лбом.
– Прошу меня простить, Ваше Величество.
– Избавь меня от оправданий. Поднимайся и расскажи, какие вести ты принес. В этих жалких газетенках нет ни капли правды!
Мужчина выпрямился, как струна, во весь рост, обращаясь лицом к Иштвану, махнувшему рукой в сторону лежащей на низком столике газеты. Даже плащ и одежда не смогли скрыть неестественную худобу слуги, словно весь его образ был соткан из тени, а не плоти и крови.
Темная броня, состоящая из множества мелких чешуек, напоминающая кожу змеи, плотно облегала бедра, грудь и плечи мужчины, не особо добавляя тому объема, однако что-то подсказывало, что под скрывающей тело одеждой он был скорее поджарым, состоящим из тугих мышц, нежели отощалым. Черный шелк длинных волос спускался по плечам к спине, плавно перетекая в такого же цвета плащ до пят. Лицо было не разглядеть под гладкой гагатовой[22] маской. При взгляде на мужчину Элайн с трудом находила себя от страха. Аура вздымалась и клубилась вокруг слуги, словно порождение самой тьмы; настолько она была черной, что могла бы соревноваться с самой бесконечностью и выйти победительницей.
– Ваше Величество, они знают. Знают, что кровь выпита. Кровавая ведьма существует, и она в вашем замке.
С рычанием глава вампиров поднялся с места, оказавшись лицом к лицу с Эгоном, не дрогнувшим под взглядом владыки.
– Что еще?!
– На следующем собрании они желают склонить вас предать ее суду. Думаю, они хотят, чтобы ведьма стала их орудием в борьбе против вас же.
Раздался громкий щелчок от столкновения тяжелой руки Иштвана с маской слуги, отчего голова мужчины резко отклонилась в сторону. Он не издал ни звука, но Элайн вздрогнула, словно почувствовав удар на себе.
– Я не просил тебя думать! Закрой свою пасть и убирайся с глаз моих!
– Да, владыка.
Он смиренно опустился на одно колено, и его тело вновь принялось распадаться на чернильные образы, скользящие меж щелей в полу.
– Матэуш! Ты слышал новость. Как можно скорее приступай к тренировкам с Элайн. Откладывать дальше будет равно гибели всех присутствующих.
Молодой хозяин замка вскочил с места, открыв рот для возражения, но Хадринн схватила его за руку, крепко сжимая пальцы, принуждая не возражать.
– Отец, ты же знаешь, я не могу. Подумай…
– Я достаточно думал об этом, мое решение не изменится.
– Но ты же убьешь ее!
