Сразу подумалось: «Да эти чудесатые вертоградари[1], похоже, уже и на промышленный уровень вышли. А что, сами сеют, сами пашут, сами взращивают, сами в волшебную тару пакуют, да и ее тоже они… Честное слово, какое-то ущелье кудесников, блин, не удивлюсь, если здесь еще кто-то из реликтовых разумных скрывается от новых набравших силу алчных до чужого цивилизаций».
Пока Ву переваривал эту информацию, на всех мешках проступила маркировка, заставившая с полным основанием кричать благодарности в пустоту, надеясь, что невидимые садовники д
Ягоды Эффи и орехи дерева Атаэ, как бы сами собой напрашивались, а вот надпись из трех букв «Таб» заставила энергично двигаться, сглатывать, пробовать на вес, на запах и открывать, лихорадочно соображая, как попробовать на вкус?
Ву размышлял так: «Бежать до кузни едва ли не до ночи, да и найдется ли там заварник? Вопрос. Уверенности ведь никакой, а попробовать доморощенный таб страсть, как хочется».
— Что ж, выручай вновь, торговец седьмой обратной башни.
На этот раз Ву вышел на темного, как и положено, через подпространственный торговый терминал, и так этот высокородный полезный проныра видел больше, чем следовало бы. Глава Багровых даже не сомневался, что теперь сей приближенный к темному трону докладывает ее величеству королеве Темного леса и недр все в мельчайших подробностях.
На его запрос ответили сразу же, и он привычно оказался своим идеальным для золотой лиги аватаром в вотчине Эйлиро. Он даже застал спешную эвакуацию служащих объективно теперь самого мощного торгового дома темных. Эльфы прям без оглядки бежали, все, кроме одной прекрасной эльфийки, спокойно стоящей рядом с Эйлиро. Дама в умопомрачительном темно-фиолетовом кожаном платье, искусно отделанном серебром, смотрела на него во все свои бездонно черные глаза-омуты.
Обменявшись поклонами, темный явно искренне с толикой восхищения поздравил Ву с золотой торговой лигой, а затем элегантно представил человека и эльфийку друг другу. Глава Багровых воронов на память не жаловался, он хорошо помнил, кто мастер жетонов абгрейда Арго. А теперь вот один из лучших мастеров современности в разряде артефакторика, Уллия Даг Черная слеза, стоит и буквально прожигает его насквозь взглядом.
— Тоже мне рентген, — буркнул только для себя Ву. Затем продолжил уже для слуха темных серьезным деловым тоном, как бы совершенно не обращая внимания на страшную красоту мастера артефактора: — Ну, раз уж мне повезло увидеть лучшего артефактора, хочу сделать большой заказ на усиления с максимально возможными характеристиками, количество триста штук.
Пока Ву нахально резал словами, глаза эльфийки становились все больше, а бледное аристократическое лицо розовело от раздражения, Ву еще взял и усугубил:
— В помощь к вашей работе предлагаю использовать вот это, — и он переложил в приемник два великолепных Ярци, по его мнению, очень подходящих для работы артефактора.
Дальнейшее развитие событий получило или приняло неожиданный оборот, видимо, красавица очень быстро разобралась, что к чему.
Ву даже шумно выдохнул, едва не вскрикнув, артефактор действовал с немыслимой скоростью, все ее движения слились в какой-то размытый всполох. Эльфийка, словно отвлекающий удар хорошего бретёра, блеснула перед глазами торговца и исчезла. Эйлиро не успел даже руку протянуть к кристаллам. Торговец наконец сообразил, что случилось, и шагнул, потянувшись к похитителю руками, но эльфийка, прижав к груди полученное, даже развернулась вполоборота, отклонившись. А ее хмурый вид и включенные на всю лазеры исподлобья как бы давали понять — лучше не подходи, ни за что не отдам, и даже посмотреть не проси.
Эйлиро Нейри, видимо, зная характер и возможности этой на вид хрупкой музы скорости, примирительно поднял руки, но сказал:
— Уллия, я не претендую на полученное тобой, но не забывай, ты на моей территории, и всему, что у тебя в руках, ты обязана исключительно мне. Надеюсь, это как-то отразится на моем доходе, — осипшим голосом высказался глава торгового дома, находясь явно в сильно расстроенных чувствах. Хмурый, глубоко дышит, едва зубами не скрепит.
