От данного перформанса большинству из собравшихся явно поплохело, хорошо, температура в амфитеатре резко, но благодатно понизилась, холод завсегда неплохо так отрезвляет, главное, чтоб не до смерти. По совести сказать, поглазеть было на что, ну хотя бы на саму глыбищу льда в южном-то городе. Тем более льда такой прозрачности с легкой голубинкой здесь еще не видывали, к тому же этот монструозный торос во всю арену нес в себе еще приличный такой сюрприз-сюрпризище.
То ли время подошло, то ли живописный айсберг окончательно выморозил остатки губительной звуковой патоки темного мадригала, но и на трибунах наконец увидели много чего занимательного.
В словно бы подсвеченном изнутри монолите хорошо так, до мельчайших подробностей, можно было рассмотреть три фигуры вмерзших эльфов, застывших в динамике. Помимо парадных одежд и доспехов, оголенных мечей и летящих в цель сияющих ножей, в этот странный лед напрочь вмерзло, казалось, и совсем уж невозможное.
Те, кто разбирался в магии и знал, как визуально выглядят и заклинания, и тем более проклятья, а таких тут разместилось большинство, теперь лично смогли убедиться в том, что и молнию, и файербол каким-то образом можно вморозить.
Помимо этого с ног сшибающего ледяного магогербария над каждой вражиной во льду светилась большая надпись-табличка личных характеристик, самая впечатляющая находилась над лжекоролем.
Помимо всего этого невероятного, от которого у большинства мэтров в магии голова шла кругом, рядом с этой громадой льда совсем по-детски с ноги на ногу подпрыгивала маленькая рыжая девчушка, видимо, от холода, и пыталась своим дыханием отогреть кисти рук, сплошь покрытые изморозью.
— Жем, ну прекрати, пожалуйста, выпендриваться, примени уже любую лечилку, — сказал улыбающийся Ву.
Девчушка радостно взвизгнула, и ее окутал плотный зеленый туман. Изморось тут же пропала, но на подвижность этой неугомонной с пропеллером в одном месте никак не повлияла, и она вприпрыжку припустила вокруг ледяной глыбы.
— Друзья, — вынужденно и громко обратился Ву к соратникам. — Представляю вам мою младшую сестренку, прошу любить и жаловать — Жем Виго.
Собравшиеся члены клана все дружно встали, а эта мелочь как бежала с подскоком, так и продолжала это делать, разве что теперь махала руками с растопыренными пальцами и пищала что-то тонким голоском, то ли «привет, привет», то ли «отдай, отдай». Притом эта неугомонная сияла разноцветными всполохами, ну право, не девочка, а фейерверк какой-то.
А через минуту-другую представление мелкой и донельзя странной и таинственной магессы продолжилось, собравшиеся в амфитеатре заметили, что внутри глыбы происходило что-то совсем уж странное. Оружие, амуниция, артефакты наемников словно живые двигались в ледяном массиве, будто ледяные лемминги, и на глазах онемевших зрителей стали выпадать из этого малыша-айсберга. Хорошо, рачительная мелочь оставила несостоявшимся убийцам исподнее.
— А что⁈ — заявила она, остановившись напротив Ву, невинно шаркая ножкой. — Не пропадать же добру. Кстати, там есть легендарная пара, меч и кинжал, очень подойдет Мирре Гард. Вот и пусть будет моим подарком на вашу с ней свадьбу. Правда, здорово я придумала?
— Е-е-е-е, — тихо выдохнул Ву и украдкой посмотрел в сторону сидящих как изваяния с вытянутыми лицами членов семейства Гард.
Ву не смог сдержаться и вполне так серьезно погрозил дерзкой девчушке пальцем, ментально передав ей: «Клоунесса, блин».
Жем ослепительно и невинно улыбнулась, потешно пожав плечиками, взбрыкнула, будто мелкая пони, и так же весело продолжила свой бег вприпрыжку с неясно откуда взявшимися воздушными шариками.
Ву вновь перевел взгляд на удрученных Гардов.
«А похоже, они до сих пор не осознают, что их кровиночка-принцесса уже под метр восемьдесят вымахала и посильней любого из присутствующих будет, включая ректора академии. Ну да ладно, не маленькие, разберутся».
И все же Ву передумал, посчитав, что негоже так поступать с ближниками, более того, будущими родичами.
Подняв руку, он громко сказал, предполагая, что его небольшую ложь ему не зачтут в грехи:
— Мне нужна пауза, пара минут, друзья, небольшая проверка наших границ. — И глава клана словно заснул стоя, закрыв глаза.
