— Не мне вас убеждать, Морти, что во вселенных Двуединого не существует невозможного, а на вторую часть вашего вопроса скажу следующее. Теперь про лед, это заклинание называется «Духовный лед», оно и звезду в ледяной гербарий отправит, если ци без ограничений. Данный уровень исполнения — максимус. И да, совсем позабыл, где Жем находилась ранее. Сестренка моя не любит публичности и очень скрытная девочка, да и родом она из очень далекой от нас планетарной системы.
— Я не скрытная, я очень таинственная, — вдруг вклинилась Жем.
Похоже, такой формат, предложенный помощницей, очень зашел Ву, и тут он уже не выдержал и засмеялся, покружив проказницу, державшую его за палец.
— Конечно-конечно, милая, ты у меня самая что ни на есть таинственная красавица, будто звезда блуждающая, а теперь иди погуляй по крышам Эрэны, знаю, ты давно мечтала об этом.
— Можно? — визгнула девчушка, захлопав в ладоши.
Ву, вздохнул, потерев виски.
— Давай, только не хулигань, — вроде как успел еще сказать Ву, прежде чем эта непоседа улетучилась.
Ву осмотрелся, народ сидел какой-то слегка пришибленный, а Морти Вард и вовсе так и стоял столбом, погруженный в свои, вероятно, совсем не веселые мысли. Глава багровых долго не раздумывал, требовалось как-то расшевелить эту подзастывшую от происходящего массу соратников, да и себя самого взбодрить тоже не помешало бы.
Для этой цели он выбрал «Шторм целитель», припоминая, как эта магическая хреновина раскочегарила идущих на штурм Эрэны.
Быстро задумано, быстро сделано. Несколько зажигательно-мокрых шквалов, налетавших с разных сторон, и амфитеатр ожил, оттаял, задышал, заулыбался наконец, многие даже кричали от восторга. Нашлись на трибунах и исключения, судя по всему, делегации темных эльфов этот лечебный экстрим как-то и вовсе зашел на ура. Королева темных так разошлась, что просила, умоляла, требовала повторения этого «тушите свет» лечебного шабаша.
«Ну, раз так просят, сделаем», — подумал Ву и с каким-то предвкушением добавил еще несколько ци. Ему вдруг показалось, что в этом случае маслом кашу не испортить, все будет правильно и даже хорошо. Конечно, толика беспокойства и осторожности, как у ответственного демиурга, присутствовала, но в основном это касалось возможного создания зависимости от этого совершенно безбашенного симбиоза шторма и магии исцеления.
Слава Двуединому, ничего непоправимого не произошло. Разве что теперь каким-то необъяснимым образом собравшиеся стали прям заметно лучше выглядеть и помолодели.
«Дела-а-а», — пронеслось в сознании любителя подкрутить. На подобный побочный эффект Ву ну никак не рассчитывал.
Пока нежданно-негаданно подопытные улыбались во все щеки, рассматривая друг друга, будто знакомясь заново, Ву от греха подальше, пока его не взяли штурмом власти предержащие дамы, коих тут находилось в достатке, поспешил к глыбе.
Демиург-экспериментатор уже своим многострадальным задним местом ощущал, что в сложившейся ситуации требовалось срочно переключать внимание, а уж потом он как-нибудь справится с желающими повторений этих радостно-мокрых процедур.
Ву вдруг вспомнился отец, часто говорящий ему в сложных случаях, когда на развилке терзали муки выбора: «Делай, Ву, что должно, и будь, что будет».
— Ну что ж, «дорогой» ты наш король света, прими ответочку…
Бывает же такое, когда и сам вроде как не из последних адептов магии, и доступ к целителям имеется, да и соответствующих зелий всегда под рукой в достатке, однако… То, что устроил глава клана в парадном зале, ни в какое сравнение не идет со всем тем комплексом, перечисленным ранее. А то, что касается применения массового омоложения, и вовсе идет в разряд божественного вмешательства.
Разумеется, наличие дара и умение оперировать магией значительно продлевают жизнь, а дорогостоящие зелья алхимиков, носящие громкие названия, связанные с омоложением, визуально возвращают красоту, хотя практически это всего лишь волшебный макияж. Усиленный шторм целителя поразил не только своим сказочным эффектом идеального здоровья и возвращения к молодости, но еще и изощренной избирательностью. У кого-то эта штормовая встряска забрала чуть ли не тысячелетие, а у кого-то пять-десять лет. Так что на трибунах сидели сплошь одногодки, где-то двадцать пять — двадцать семь лет.
Если еще кто-то и сомневался в уровне демиурга главы «багровых», даже несмотря на подтверждения Двуединого, то по результату колдовского шторма скепсис у этих немногих подчистую вымыло.
Хорошо, что бодрость духа, воодушевление и отличное настроение, также входящие в пакетные свойства этого заклинания, сработали как надо, иначе тут рыдала бы от счастья едва ли не треть собравшихся.
«Ну что ж, приступим к демонстративному отмщению», — подумал Ву.
