— Эй, а ты почему оба свитка забрал себе? — Голос Беатии прервал размышления юного фея. — Будь добр, отдай мне один!
Лэннери не стал возражать. Он замедлил полёт, снял со спины котомку и хотел передать Беатии свиток, где говорилось о прыжках во времени. Но тот выскользнул из рук и устремился вниз. Порыв ветра только ускорил это падение.
— До чего неуклюжий! — возмутилась Беатия и нырнула вниз; Лэннери пожал плечами, завязал шнурки на котомке и повесил её обратно на спину. Беатия сверху казалась уменьшающейся белой точкой, а затем пропала.
«Ты бы полетел за ней», — вдруг сказала Айя.
«Зачем? Думаешь, она сама не сумеет подхватить свиток?» — Лэннери позабавила такая мысль.
«Дело не в этом, Лэн. Вам следует разлучаться пореже, ведь вас только двое, и с каждым может случиться что-то плохое… неожиданно».
Пожалуй, Айя говорила здравые вещи, и Лэннери начал спускаться вниз, надеясь, что Беатия не сочтёт его заботу…
— Беатия! — крикнул Лэннери, пытаясь рассмотреть фею среди высоких трав. — Ты где? С тобой всё в порядке?
Она не отвечала, и в душу Лэннери холодным червячком начала заползать тревога — как бы слова Айи не сбылись!
— Беатия!
Тишина, и Лэннери поймал себя на том, что не слышит сверчков или пения жаворонка, столь привычных в поле. Как будто вся природа замерла в страхе перед…
— Нечисть!
Лэннери бросился к небрежно брошенным белоцветам, принялся озираться в поисках Беатии. Если на этом поле царит нечисть, то фея могла попасться в ловушку, едва спустившись на землю за проклятым свитком! Лэннери поднялся выше, и ему показалось, что трава невдалеке от него шевелится. Еле слышный шёпот, долетевший до Лэннери, заставил его похолодеть и вытянуть руку с палочкой вперёд.
— Беатия!
В ответ раздался чуть слышный стон.
— Разве это не было весело? — Беатия засмеялась, глядя на Лэннери сквозь перепачканные сайкумом пальцы и даже не подозревая, как сильно ему захотелось её ударить.
Оба сидели в храме Кэаль, у алтаря — плоского белого камня, накрытого белым же покрывалом, ели сайкум на двоих и по очереди пили из кувшинчика с росой. За одним-единственным, с мутными стёклами окном сгущались сумерки. Светлая Душа парила неподалёку и не вмешивалась в беседу живых фей.
— Не было, — жёстко ответил Лэннери, отчего ухмылочка на лице Беатии мгновенно исчезла. — Никогда больше так не шути. Я думал, тебя нечисть схватила!
Беатия сделала обиженное лицо и подтянула кувшинчик к себе.
— Что я, слабачка вроде Риджаны — не справиться с нечистью?
— Замолчи! — Лэннери посмотрел на неё так, что Беатия спрятала лицо за кувшинчиком. — Риджана умерла, и может быть, её подставил Саймен, которого ты покрывала!
Собеседница отвела кувшинчик в сторону и ответила холодным, вызывающим взглядом:
— Да, Саймен, который получил своё проклятье из-за тебя.
«Прекратите немедленно!» — к сожалению, голос Айи слышал только Лэннери, но судя по тому, как поморщилась Беатия, глядя на свою палочку, та тоже высказала какую-то разумную мысль. К примеру, не тратить злость друг на друга, когда можно потратить её на черномага и его приспешников.
— Ладно, допиваем росу и полетели, — хмуро произнёс Лэннери, забрав кувшинчик у Беатии. — До утра мы должны найти рейгела Эйзека и поговорить с ним. Понадобится — влетим прямо в спальню и разбудим.
Светлая Душа вдруг прошелестела, подплывая к ним:
— Так и поступите.
При жизни это, наверное, была красивая фея, а сейчас белёсый призрак, через который было видно чисто выскобленные пол и стены храма. Лэннери кивнул:
— Действительно.
Беатия хмыкнула, доедая свой кусок сайкума:
— А если мы застанем рейгела Эйзека голым и при исполнении супружеских обязанностей? Или, что ещё интереснее, с молоденькой служанкой? Вряд ли он будет нам рад!
— Тогда деликатно подождём за дверью, — пожал плечами Лэннери.
Когда с едой и питьём было покончено, феи поблагодарили Светлую Душу за гостеприимство и выпорхнули из дверей храма. Ночной город встретил их звуками драки в переулке, чьей-то бранью и женскими криками.
— Будем задерживаться? — спросила Беатия, однако Лэннери решительно покачал головой:
— Нет, — и взмыл в небо. За спиной раздался её насмешливый голос:
— И это фей! Воплощение добра, защитник обездоленных и спаситель…
— Не трать дыхание на болтовню, — оборвал её Лэннери, — мы не будем останавливаться до самого замка.
Теперь Беатия, наконец, закрыла рот и наверняка обиделась, но Лэннери было всё равно. Он прислушивался к своим ощущениям: нет ли следа чёрной магии? Несколько раз Лэннери почудилось, будто за ними кто-то шёл, не отставая, тенью мелькая на узких улочках. Но это не черномаг; тот далеко и с упоением мучает Наставницу. Некое внутреннее чутьё подсказывало Лэннери, что она всё ещё жива.
— Да не лети так быстро! Я запыхалась! — Недовольная Беатия отстала от него на добрый десяток крыльев. Лэннери оглянулся через плечо:
— Ну хорошо, как вылетим из города, отдохнём немного.
