— Нет, сеньор. Родригес всегда держал язык за зубами. Даже когда он напивался, не говорил о работе. Ни с кем. Я в этом уверен. Если так поступать, то полиции никто ничего не расскажет.
Сантандер посмотрел на детектива, а потом на девушку. У нее были классные ножки. Действительно классные ножки. Такую здорово было бы затащить в постель. Ему было интересно, какое они ко всему этому имеют отношение, эти гринго. Девушка и мужчина. Но он знал, что права спрашивать у него нет. Он взглянул на гринго.
— Вы больше ничего не помните? Подумайте хорошенько. Что-нибудь. Какую-нибудь мелочь, — сказал белый мужчина.
— Ничего, клянусь вам. — Сантандер перекрестился.
— Но если я узнаю, что ты мне врешь, амиго… — угрожающе произнес Санчес.
— Да Бог свидетель… Родригес был моим другом.
Санчес скривился и погасил сигарету, а потом повернулся к Фолькманну.
— У вас больше нет вопросов, сеньор?
Фолькманн покачал головой.
Они втроем сидели в кабинете Санчеса. Детектив принес им еще кофе, свежего и горячего. Было уже больше двух ночи, в комнате стояла тишина, если не считать слабого жужжания вентилятора над головой.
Фолькманн взглянул на Эрику Кранц, которая выглядела усталой, но явно о чем-то размышляла. Она задумчиво пила кофе и, казалось, что-то вспоминала. Он повернулся к Санчесу.
— Как вы считаете, Сантандер сказал правду?
— Si. Я ему верю. Он не убийца. Просто мелкий контрабандист. Я думаю, он рассказал все, что знает. — Санчес взял свой кофе. — То, что он рассказал о старике в немецком поселении, может нам помочь. Но немецких поселений в Парагвае очень много. Немцы прибывали сюда и до, и после войны. Иммигранты. — Санчес глотнул горячего кофе и поставил чашку на стол. — Сантандер сказал немного, но это несколько проясняет картину. Люди, на которых работал Родригес, хотели сохранить все в тайне. Когда работа была завешена, они решили убить Родригеса. Нет свидетеля — некому открыть тайну. Но Родригес, он почувствовал, что эти люди хотят его убить. Так что он придумал план — позвонил Руди Эрнандесу и рассказал ему всю эту историю. Статья была его страховкой. Я уверен, что Родригес собирался сказать людям, на которых он работал, что полиция займется ими, если с ним что-нибудь произойдет. — Санчес пожал плечами. — Но, вероятно, у него так и не появилось этой возможности. А может быть, он им это и сказал, а они решили убить и его, и Руди тоже. — Санчес немного подумал, глядя в окно, а потом повернулся к Фолькманну. — Возможен и другой вариант. Руди мог как-то узнать о встрече этих людей. Он попытался записать их разговор, добыть побольше информации, собрать доказательства. Вот только все пошло не по плану. Его и девушку убили. Но я не понимаю, как здесь замешана девушка. — Санчес нахмурился. — А может быть, она просто оказалась не в том месте в неподходящее время. Или как-то помогла Руди и заплатила за это собственной жизнью.
Фолькманн немного подумал и сказал:
— Электронное оборудование, которое брал Эрнандес. На каком расстоянии оно работает?
Санчес задумался.
— На небольшом, может быть, до километра.
— В ту ночь, когда Эрнандеса убили, он мог быть где угодно.
— Да, конечно. Единственная зацепка — где он был утром перед тем, как его убили. Это если верить словам охранника. Ну, того мужчины, который работает на вокзале и сказал, что видел его. — Санчес пожал плечами. — Кто знает, что Руди там делал,
Фолькманн посмотрел на детектива.
— Допустим, Эрнандес был на вокзале. Зачем кому-то идти на вокзал ранним утром? И зачем заходить туда через задний вход?
Он думал вслух, но высказал свои соображения в форме вопроса. Санчес нахмурился.
— Может быть, это самый короткий путь, — предположил Санчес. — Руди собирался купить билет на поезд и уехать из Асунсьона. Но билетные кассы в такую рань были еще закрыты.
— А разве он этого не знал?
Санчес кивнул.
— Да, конечно. Это как раз непонятно. Если Руди действительно пошел на вокзал и пробыл там какое-то, пусть и недолгое, время, значит у него была какая-то цель. Но какая цель? Я не знаю ответа. Зачем кому-то идти на вокзал так рано? Чтобы сесть на поезд или встретиться с кем-то, если там кто-то был. Но эти два варианта отпадают.
Санчес посмотрел на девушку. Она подняла голову и встретилась с ним взглядом, а потом отвернулась. Она слышала весь разговор, но не вслушивалась, думая о чем-то своем. Нахмурившись, она нервно сплетала и расплетала пальцы. Санчес решил, что она все еще переживает.
Он перевел взгляд на Фолькманна. Гринго тоже думал, перебирая разные возможности, вспоминая все сказанное.
Наконец Фолькманн спросил:
— А как насчет других гостиниц в списке?
— Мои сотрудники еще не пришли. Я попрошу диспетчера с ними связаться.
