Кровь и ложь полностью

— Ты собираешься потратить сто долларов на наушники?

— Мне нравится хороший звук.

Она опустила руку.

— Но это же сто баксов…

— Ты когда-нибудь слышала про ди-джея Росомаху?

— Нет.

— А была когда-нибудь в «Берлоге»?

— Что такое «Берлога»?

Она закатила глаза.

— Всего лишь самый крутой клуб во всем Боулдере. Я работаю там ди-джеем по четвергам и субботам. Ди-джей Росомаха, — она указала на себя. — Не могу поверить, что ты никогда там не была.

— Если это территория Сосновой стаи…

— Это нейтральная территория. Боулдеровцы ходят туда со своими маленькими шлюшками для укусов.

— Шлюшками для укусов?

— Девушки, которые хотят, чтобы их укусили, — когда я нахмурилась, она продолжила. — Некоторые люди всё ещё верят, что если оборотень укусит тебя достаточное количество раз, ты превратишься в точно такого же оборотня.

Я моргнула. Я не помнила, чтобы видела следы укусов на девушках боулдеровцев.

— Боже, ты, и правда, новичок в этом деле. Робби не шутил.

— Робби не шутил насчёт чего?

— Что тебе нужно образование.

— Он так сказал?

Она улыбнулась. Её зубы были такими белыми и так сверкали в свете приборной панели её машины, что напоминали жемчужины.

— Я его младшая сестра. Робби всё мне рассказывает.

— Ты его сестра?

Она картинно хлопнула себя ладонью по груди.

— Ты меня обижаешь.

— Тем, что я не знала, что ты его сестра? В отличие от тебя, я не изучала твоё семейное древо.

— А чему ты училась в школе для оборотней?

— Я не ходила… в школу для оборотней.

Неужели такая вообще существовала?

Она ухмыльнулась.

— И ты купилась? — её ухмылка превратилась в улыбку. — Ну, купилась же?

— Ты странная.

— И это говорит единственная девушка в стае.

— Это делает меня уникальной. А не странной.

Она снова ухмыльнулась.

В конце короткой грунтовой дороги ведущей к коттеджу, обитому деревянными фасадными панелями, горел свет. В высоких окнах, растянувшихся от пола до потолка, и располагавшихся в одной части здания, я заметила движение. Дом Лиама не был таким же огромным, как дом его отца, но он всё равно выглядел дорого.

Щелчок разблокировавшейся двери заставил меня подпрыгнуть.

Сара покосилась на тёмную фигуру, перемещающуюся за окном.

— Ты, правда, не собираешься с ним спать?

— Я, правда, не собираюсь с ним спать, — сказала я, нажав на ручку своей двери. — Спасибо, что подвезла.

— Угу. Ладно, — она махнула рукой. Кольца, украшенные драгоценными камнями, сверкнули на двух её пальцах. — Чао.

Я вышла и направилась к дому.

— Если станет скучно, — голос Сары заставил меня развернуться, — Или у тебя будут вопросы о том, как быть волчицей, можешь найти меня в «Берлоге». По четвергам и субботам.

Я слегка кивнула ей. Это было… мило. Как жаль, что доброта казалась мне подозрительной. Но именно поэтому я решила отклониться от своего маршрута. Мне нужно было подтверждение того, что Эйдан Майклз застрелил моего отца, и объяснение, почему за этим не последовало возмездия. Я опять повернулась к прямоугольному сооружению из стекла и дерева. Каблуки моих туфель подняли с земли пыль, освещаемую луной, когда я начала приближаться к дому Лиама.

ГЛАВА 27

Я уже собиралась постучать, как вдруг дверь открылась. Лиам, вероятно, почувствовал меня, так же как и я уловила его характерный мускусный запах уже на полпути к его дому.

Он стоял в проёме, на его бёдрах было намотано полотенце, а с тёмных волос стекала вода. Он только что вышел из душа. И хотя он находился в тени, я заметила, что на его носу и значительной части подбородка имелись синяки. Хотя крови уже не было видно.

Я отвела взгляд от его лица и сфокусировалась на мебели, которая была педантично расставлена под углом в девяносто градусов на ковре из воловьей кожи. Лиам сдвинулся, загородив своим телом дверной проём. Ему, конечно же, не хотелось, чтобы мой любопытный взгляд заглядывал в его дом.

Он скрестил руки. Жилы, похожие на тугие канаты, сдвинулись под его гладкой золотистой кожей.

— Чего тебе надо?

Я снова переместила взгляд на его лицо.

— Это правда, что Эйдан Майклз убил моего отца?

Выражение его лица перестало быть враждебным. Он явно не ожидал этого вопроса.

— Так что? Это был он?

Нахмурившись, он сказал:

— Я думал, ты знаешь.

— Я бы не стала спрашивать, если бы знала.

Лиам вгляделся в темноту у меня за спиной, что заставило меня развернуться. Может быть, Сара всё ещё была там? Но прежде чем я успела повернуться и посмотреть на него, он втащил меня внутрь, отпустил и закрыл дверь.

— Что ты делала на помолвочной вечеринке Робби, Несс?

Я опустила глаза на его блестящий мускулистый торс, после чего решила перевести взгляд на более безопасный предмет, что-нибудь неживое — лампу, вставленную в кусок чёрного мрамора, склонившуюся над подлокотником дивана.

— Я повторю свой вопрос. Что ты делала на собрании Сосновой стаи, Несс?

Я снова посмотрела на его суровое лицо.

— Откуда ты вообще узнал, что я была там?

— Фрэнк почувствовал тебя на их территории. А потом я увидел твоё фото в ленте инстаграма. У них больная зависимость от социальных сетей, — его голос был резким и строгим, как и его дом.

По какой-то причине его последняя фраза вынудила меня фыркнуть.