Он знал, что причина тому кроется в варпе. Странствие в царстве, подвластном его повелителю, приближало его к богу, и все остатки человечности, еще сохранившиеся в этом существе, тонули во тьме забвения.
В такие моменты, которые могли растягиваться на час, а то и на целое десятилетие, он отождествлял себя с титулом, которым величали его многочисленные слуги.
Они называли его Вестником. Вестник шепчущего бога, которому все они служили.
Уже много месяцев Вестник не вставал со своего трона. Теперь к кости и проржавевшему металлу командирского кресла его приковывали струпья, похожие на ракушки, сгустки высохшей крови и хлопья затвердевшего гноя. Вестник ощущал, как высохшие выделения связывают его с троном, а через него и со всем кораблем.
Он сознавал свою силу, свое невероятное могущество. Отвердевшую грязь легко можно разбить и стряхнуть, но Вестник хотел еще на несколько мгновений продлить безмятежное наслаждение передышкой. Ощущая тихий гул судна, пронзающего варп, он глубоко вздохнул под скорлупой разлагающейся брони. Демонические существа в темноте за оболочкой корабля визжали и царапали когтями корпус, отчаянно пытаясь попасть внутрь и пасть ниц перед Вестником. На шероховатой поверхности оставались следы их зараженной плоти, а огромный корабль продолжал свой путь, не обращая внимания на самозваных почитателей.
Вестник рассмеялся.
Некоторые из существ на капитанском мостике — самые слабые, чьи жизни ничего не стоили, — при этом звуке съежились и застонали. Это был первый звук, услышанный от Вестника за несколько последних недель.
Один из членов экипажа, давно лишившийся ног, вполз по ступеням трона Вестника. Когда-то он был человеком. Теперь он оставлял за собой след липкой слизи, а на теле открылось множество ртов.
— Мы приближаемся, Вестник, — произнес он несколькими ртами сразу.
Вот тогда Вестник поднялся. Корка гноя, связывающая его с троном, рассыпалась вдребезги, и некоторые зараженные осколки прилипли к броне Вестника, словно выпуклые бородавки.
Неожиданное, хотя и неторопливое возвращение Вестника к активности сопровождалось низким гулом, исходящим из пустотелых костяных наростов на его спине. Вестник проснулся, и вместе с ним проснулся и его рой. Из отверстий в наростах выползли первые раздувшиеся и липкие мухи.
Вестник повернул голову в увенчанном рогами шлеме, что-то отыскивая. Он едва мог видеть. Глаза, слишком долго остававшиеся закрытыми, заплыли кровавыми слезами. Созерцание причиняло боль.
— Оружие, — прорычал он гулким булькающим голосом.
Члены экипажа отшатнулись назад, многие прижались к своим пультам — кто-то из страха, а кто-то был прикован к рабочему месту высохшими органическими выделениями, как и сам Вестник к своему трону.
Одна из фигур, стоявших сбоку от трона, качнулась вперед: она была одета в броню Астартес, но исковерканную, проржавевшую и треснувшую за десять тысяч лет скверны и сражений. И цвет доспехов был таким же гангренозным, как и у самого Вестника.
— Вестник. — Забитые спекшейся кровью трубки респиратора на шлеме Астартес завибрировали от его голоса. — Я принес твой клинок.
С этими словами разлагающийся Астартес поднял в раздутых кулаках колоссальную косу. Древко толщиной в бедро было более трех метров длиной, а изогнутое лезвие поблескивало под коркой сгнившей крови.
Вестник принял оружие одетыми в перчатки руками. Сквозь священную мглу варпа в его мозг пробилось имя.
Его собственное имя?
Нет…
Вестник глубоко вдохнул, наслаждаясь священным запахом, затронувшим его острое чутье. Зрение вернулось с обновленной ясностью, смутные силуэты обрели очертания капитанского мостика. Огромный экран перед троном показывал прекрасный хаос варпа. Создавалось впечатление, что смотришь в разум безумца, видя его мысли в цвете.
— Близко?! — рыкнул Вестник. — Скоро?
Речь тоже давалась с трудом. Вестник сглотнул, чтобы прочистить горло. Неизвестно, что там застряло, но, опускаясь, оно стало извиваться.
— До точки назначения осталось всего несколько часов, Вестник, — ответил ему Астартес-предатель.
— Легион? — буркнул Вестник.
— Легион готов, великий Странник.
Странник… Еще один из его титулов. И… связан с именем…
— Мой корабль, — проурчал Вестник. Покрытые струпьями перчатки погладили ржавые подлокотники трона. — Мой корабль «Терминус Эст».
— Да, мой лорд.
Астартес-предатель привык к варп-слабости, которой был подвержен Вестник, и знал, что она быстро проходит.
