На маленькую арену спрыгнул новичок. Он был чистеньким, одетым в вышитые шелковые курту и штаны. Подняв затупленный клинок поверженного Казимом юноши, он взвесил его в руке. Напомаженные волосы доходили незнакомцу до плеч. У него были аккуратно подстриженная бородка и пронзительные зеленые глаза. Сапоги из мягкой кожи на его ногах выглядели дорогими. Явно сынок кого-то из знати – судя по виду, гебусалимец, правда, бледнее большинства. Очевидно, вообще не бывает на солнце, желая сберечь свою красивую кожу, подумал Казим. Однако незнакомец выглядел мускулистым, гибким и хорошо координированным. Казим немало повидал таких в Баранази. Лакхская знать плодила их десятками: хорошеньких надушенных мальчиков, мастеров клинка и поэтического слова со змеиным нутром.
Новичок окинул Казима взглядом:
– А ты хорошо сражался, как для лакхийца.
Эти слова прозвучали вызывающе.
Казим встал. Он не ощущал особой усталости: выиграть три поединка ему удалось довольно легко.
– Я не лакхиец, я из Кеша. А моими противниками были лишь гебусалимцы, о которых всем известно, что они – трусливые членососы. – Он поднял затупленный клинок. – И ты – типичный их представитель.
Юный аристократ мягко улыбнулся:
– Я убивал и за меньшее, парень. – Он пихнул сапогом корчившегося у его ног гебусалимского мальчишку. – Вставай, червь.
Он поставил паренька на ноги так, словно хотел получше его рассмотреть, но затем, внезапно крутанувшись на месте, толкнул его прямо на Казима.
В принципе, Казим ожидал чего-то подобного, но только не этого; поймав запыхавшегося юнца левой рукой, он нырнул в тот самый момент, когда незнакомец обрушил шквал ударов ему на голову.
Казим ответил, используя находившегося в полуобморочном состоянии паренька в качестве щита. Затупленные клинки вновь и вновь ударялись один о другой, пока Казим наконец не выпрямился и не толкнул гебусалимского мальчишку обратно на своего противника. Поймав беспомощного юношу, чистюля подставил его под следующий удар Казима. Врезавшись в висок парня, клинок лишил его сознания, и аристократ отбросил бедолагу в сторону. Яростно оскалившись, он взмахнул своим оружием, однако Казим уже успел уклониться от удара, после чего сразу же пошел в атаку. Клинки столкнулись. Казим врезал аристократу лбом в нос, но каким-то образом противника даже не коснулся, и тот вновь зло оттолкнул его. Казим продолжал порхать вокруг своего оппонента, теперь уже осторожнее. Тот все так же улыбался.
– Хорошо, Казим, – промурлыкал аристократ. – Ты быстро учишься.
– Заткнись, членосос.
Мерзавец был дьявольски хорош. Он отклонился ровно на тот дюйм, который требовался, чтобы избежать ключевого удара в следующей комбинации Казима, просвистевшего мимо его носа, и нанес контрудар, едва не поразивший юношу в живот. Они вихрем кружились друг вокруг друга, выискивая возможность для решающей атаки.
– Хорошая работа, Казим Макани, – сказал аристократ, взмахнув клинком в знак окончания поединка. – Думаю, если ты будешь тренироваться интенсивнее, то станешь одним из наших лучших бойцов. Мы найдем тебе более квалифицированного наставника. Также ты попробуешь себя против прямых рондийских клинков. Тебя будет обучать Джамиль и, время от времени, я сам.
– Ты, – огрызнулся Казим презрительно. – Чему ты вообще можешь меня научить?
Лицо молодого человека стало неподвижным.
– Действительно, чему? – произнес он задумчиво. – Давай посмотрим…
Аристократ взмахнул рукой, и Казим внезапно почувствовал себя так, словно его боднул невидимый бык. Пролетев по воздуху, он шлепнулся в грязь в десяти ярдах от того места, где стоял, врезавшись спиной в каменную стену. Воздух с шумом вышел из его легких, но он каким-то образом все же сумел встать на ноги и отразить удар клинка незнакомца. Но затем сапог врезался ему в голень, и юноша снова оказался на земле. Невидимый кулак схватил его и швырнул прочь. Падая, Казим ободрал лицо о гравий.
Аристократ расхохотался, и юноша заметил висевший у него на шее изумруд. Из его левой руки вылетела зеленоватая стрела, и Казим, упав на землю и перекатившись, увидел, как та, пролетев мимо, врезалась в стену и взорвалась. Следующая стрела заставила Казима метнуться в сторону. Но едва он вскочил на ноги, очередной невидимый удар в живот отшвырнул его назад, и юноша врезался в стену, скользнув вниз и согнувшись пополам уже в грязи.
Аристократ сунул острие своего клинка Казиму в рот:
– Ну и кто теперь «членосос»? Пососи вот это.
