Продолжая целоваться, они скользнули вдоль стены в занавешенный дверной проем и рухнули на низкую кровать с мягким матрацем, застеленную тонкой простыней.
Они игриво боролись друг с другом. Казим задрал сальвар-камиз Рамиты выше талии и обхватил девушку за нее. Прижавшись губами к его уху, она застонала. Казим потянул ее штаны вниз, и лицо девушки стало неистовым. Казалось, она хотела что-то сказать, однако времени на это не было. Подтянув свою курту и высвободив возбужденный член, Казим, слившись с Рамитой в поцелуе, вошел в нее. Она болезненно напряглась, но затем юноша достиг влаги внутри нее. Не отрывая своих губ от его, девушка всхлипнула и легла поудобнее, обхватив его ногами. Юноша двигался неистово и тяжело дыша. Со шлепками их плоть соприкасалась вновь и вновь. Казим боролся со своим собственным телом, стараясь не излиться хотя бы еще долю секунды, но это было уже слишком.
– Я люблю тебя… Я люблю тебя…
Тяжело дыша, они смотрели друг другу в глаза. Их кожа была скользкой от пота, а души – обнажены. Казалось, они пролежали так вечность, но уже через несколько минут до них донесся голос Гурии, все еще подражавшей интонациям Рамиты:
– Я уверена, что они уже заканчивают.
Казим выругался.
– Скоро я снова приду, и мы вытащим тебя отсюда, – прошептал Казим. – Клянусь.
Неуверенно улыбнувшись, она подтолкнула его к двери.
– Иди. – Рамита схватила его за руку и тут же отпустила. – Я люблю тебя.
Казим вышел из комнаты, а девушка последовала за ним.
Заговорщически улыбаясь, Гурия встала.
– Чтобы святилище было полностью освящено, подношения следует делать ежедневно в течение недели, – произнесла она во всеуслышание. – Один или оба чела должны прийти завтра в тот же час.
Силясь вдохнуть, Казим встретился взглядом с Рамитой. Чувства к ней по-прежнему кипели внутри него. Столь короткая встреча не могла утолить его страсть. «Завтра», – произнес он одними губами, и девушка кивнула. Теперь она выглядела нервной. Омпрасад повел их прочь, беспрестанно кланяясь, пока они, заморгав от яркого солнечного света, не оказались на пыльных улицах. Со всех сторон на них обрушились звуки и запахи. Троица начала проталкиваться сквозь толпу.
Джай схватил Казима за плечо:
– Вы с ней…?
Казим кивнул.
– Надеюсь, ты сможешь выполнить все обещания, данные моей сестре, Каз, – сказал Джай голосом заботливого брата.
Его тон ранил Казима.
– Я ведь так и сказал, разве нет? Я перережу этому старому козлу глотку, а затем женюсь на ней, и мы всегда будем вместе. Вот увидишь. – Его охватил восторг. Сегодня юноше удалось лишь мельком ощутить то наслаждение, которое ждало их в будущем, однако овладеть Рамитой, сделать ее
Стоя на коленях в уборной, Рамита плескала водой на свои чресла, пытаясь отмыться. Когда Гурия открыла дверь, она едва не закричала.
–
Девушка чувствовала себя так, словно у нее вот-вот случится истерика.
– Тссс! – нахмурилась Гурия. – Я уже видела, как ты мочишься и блюешь, а ты видела, как я делаю то же самое. Нам нет смысла друг друга стесняться. Так что заткнись и слушай: я приказала наполнить ванну. Никто ничего не заподозрит, клянусь.
– Мой муж скоро вернется! Я должна…
– Рамита, его не будет еще несколько
Она пришла с маленькой фляжкой в руках, вроде тех, что носят с собой мужчины.
– Вот, выпей. Это поможет.
Рамита села на пол, стараясь не разрыдаться. Ее переполняли эмоции. Радость, ужас, чувства, которые девушка не могла даже назвать. Она понюхала фляжку.
– Что это?
– Арак. Выпей немного. – Опустившись на колени у нее за спиной, Гурия обняла ее. – Ты в порядке?
Рамита кивнула:
– Думаю, да. Я лишь хотела поговорить с ним, возможно, поцеловать его, но в следующее мгновение уже была под ним. Это было… чудесно. Глупо, но чудесно.
Отхлебнув арака, она пошатнулась и заморгала.
– Молодчина, – мурлыкнула Гурия. – Это гораздо лучше, чем твой ужасный муж.
Рамита старалась об этом не думать.
– Что, если он почувствует? – сумела она произнести наконец.
– Не волнуйся, Мита. Ты сама знаешь, что он научил тебя скрывать свои мысли. Все будет в порядке – просто думай о других вещах. – Гурия захихикала. – Даже если он сам тебя возьмет.