Кровь мага полностью

Через несколько секунд в комнату вбежали облаченные в фиолетовое стражники. Возглавлял их Паоло Кастеллини, и его грубоватое лицо было мрачным и яростным. Убедившись, что дети невредимы, стражники мягко попытались увести их, однако Сэра никак не хотела отпускать Елену, а Тими вцепился в Лори, беззвучно плача.

Елена позволила солдатам поставить их на ноги, а затем увести себя прочь от разрушения и обезглавленного тела человека, ставшего его причиной. Она двигалась медленно, словно во сне.

– Матушка…? А танте Хомейра?

Сэра лежала в кровати в комнате рядом с часовней. У входа стояли четверо стражников, а вокруг суетились лекари и их помощники. И на девочке, и на Елене по-прежнему были их изодранные, опаленные ночные рубашки. Ноги Елены были в ужасном состоянии, хотя боль она начинала чувствовать только сейчас.

– Мне так жаль, – прошептала она. – Мне так жаль.

Сэра уставилась на стену, не замечая слуг, перевязывавших ее порезы и мывших ей руки и ноги. Она чувствовала лишь боль, терзавшую изнутри. Затем ей пришла в голову новая мысль и девочка прижала ладонь ко рту.

– Отец!

Елена ощутила внутри пустоту.

– Я не знаю. Я попыталась выяснить, но не смогла с ним связаться. Мне так жаль, так жаль.

«Это моя вина, – подумала она. – Я должна была убить Самира, пока он спал. Должна была знать, что Гурвон, имея возможность заработать еще больше кровавых денег, просто так не уйдет. Ольфусс, Солинда – кто еще? Весь клан Нести? В Брохенском дворце просто недостаточно людей, чтобы остановить Гурвона Гайла и Ратта Сорделла. И кто знает, не привел ли Гурвон с собой остальную шайку? Я идиотка! А теперь на эту бедную, милую девочку будет направлен каждый клинок в королевстве. Я всех их подвела…»

День прошел, словно в тумане. Мелькали лица, из-за стен доносились беспрерывные вопли. Очнувшись от тяжелого кошмара, Елена обнаружила, что заснула на стуле рядом с кроватью Сэры, уронив голову на одеяло. Рука гладила ее по плечу.

– Элла, – прошептала Сэра.

Елена села, понурив голову:

– Сэра… Я всех вас подвела.

– Ничего подобного! Ты спасла нас. Без тебя мы все были бы мертвы. – Сэра приложила палец к губам Елены. – Тссс. Ты спасла нас всех. Меня, Тими, Лори – всех. Ты – Нести. Ты – одна из нас. – Обняв ее, Сэра притянула Елену к себе, гладя ее по волосам так, словно Елена была ребенком, а она – ее старшей сестрой. – Я дам тебе медаль, титул, землю. И нового жеребца из наших конюшен. Вся Форенза будет к твоим услугам. – С мрачным и серьезным выражением лица она добавила: – Я подумала, что мне надо показаться на публике. Людям нужно знать, что я жива. Пока они меня не увидят, слухи не прекратятся. Им нужно знать, что здесь все еще остались живые Нести. – Сэра похлопала Елену по щеке, как будто была ее матерью: – Тебе необходимо поспать, Элла. Ты ужасно устала.

Елена с удивлением посмотрела на свою юную подопечную. Та выглядела так, словно за одну ночь стала взрослой.

– Как я могу спать, когда моя принцесса работает? – прошептала она.

– Если отец умер насильственной смертью, выборов не потребуется: Тими – его наследник, а значит, я становлюсь регентом, – произнесла Сэра низким, удивительно спокойным голосом. – Мне нужно исполнять свои обязанности.

– А ты к этому готова? – мягко спросила Елена. – Мужчины отодвинут тебя на второй план – пусть даже ненамеренно. Они будут видеть в тебе… Ну, ты знаешь.

– Да. «Просто девочку». – Расправив плечи, Сэра выпятила челюсть. – Я регент по закону, и я собираюсь действительно быть регентом. Грядет шихад, и Явону нужен лидер, а не грызущиеся клики. Я буду править, пока Тими не станет достаточно взрослым.

Только взгляни на себя, дитя… Нет, больше не дитя. Елена сглотнула. Я горжусь тобой. И ужасно за тебя боюсь.

Поднявшись, они помогли одна другой одеться. Елена надела свободную блузу, опоясавшись мечом. Сэра облачилась в королевский шитый золотом пурпур; на голову ей возложили корону принцессы, в которой она обычно появлялась лишь на важных обедах. Елена вышла за ней из замка, пройдя через обгоревшие руины зала для приемов, все еще заваленные почерневшими кусками дерева и осколками люстры.

Снаружи главная лестница была залита солнечным светом. Жара волнами прокатывалась по ограниченному пространству двора, в котором столпились сотни человек. Их обдало запахом пота. С губ собравшихся – джхафийцев и римонцев – сорвалось нестройное приветствие. Появился Харшал аль-Ассам, поторапливавший рабочих. Причитания женщин сменились радостными возгласами, когда толпа поняла, кто вышел из крепости. Люди потянулись к ним.

Елена не отставала от своей подопечной ни на шаг. Толпа нервировала ее, хотя на лицах собравшихся были лишь печаль и сочувствие. Одна девочка почтительно поцеловала подол юбки Елены. Та оглядела стены, опасаясь, что Гурвон мог подослать еще убийц на случай, если что-то пойдет не так, однако никого не увидела и не почувствовала. Мог ли он вообще предположить, что Самир потерпит неудачу?