Наталья только фыркнула и резко развернувшись, удалилась по коридору, так и хотелось сказать, «поводя боками». Я вернулся в комнату и отправил единорога в ванную, так как я был более или менее в порядке, а вот единорогу нужно было немного отмокнуть. Шутка ли, валяться целых пять дней. Да и изменения в организме проходили довольно бурно. Иногда выступал пот, поднималась температура или по телу пробегали судороги. Мне-то это было знакомо по богине, так что я воспринимал такие вещи как само собой разумеющееся. Наконец единорог вышел из ванны. Еще пара десятков минут, и я сообщил Михалычу, что мы идем. Тот стал нас торопить, так как все собирались усаживаться за стол. Я подхватил единорога и переместился прямо на дорожку перед домом. Мы огляделись и направились к входной группе, дверями такое произведение мастеров язык не поворачивался назвать. Мы поднялись по лестнице и вошли в гостиную. Гости и хозяева уже занимали свои места. Головы всех дружно повернулись в нашу сторону. Мы поклонились королевской чете и поздоровались с остальными. Было интересно наблюдать, как все внимательно следили за единорогом, как будто ждали, что он сейчас споткнется или превратится в какую-нибудь жуткую тварь. Нужно было спасать положение, поэтому я поинтересовался, обращаясь сразу ко всем, какая программа запланирована на сегодня? Оказалось, что все, что намечалось, было выполнено, а вот король с королевой хотели бы побыстрее вернуться домой. Дела государственные нельзя бросать на долго. Стол одобрительно загудел. Видимо все же такой шквал новых впечатлений и эмоций захлестнул гостей с головой. Это мы, привычные к таким толпам народа, к громкой музыке, к стремительно меняющимся сюжетам. Для зангрийцев этого получилось многовато. Я решил подвести черту и обнадежить народ. Поэтому высказался, что сейчас мы все хорошо позавтракаем, а потом будем прощаться. Думаю, что теперь такие вояжи станут традиционными, так что всем приятного аппетита, и я уселся на свое место. Стол застучал столовыми приборами, а мы вытащили свои фляжки и проводы стали набирать обороты. Женщины сидели как на иголках, а мужчины становились все более раскованными. Наконец я остановил возлияние, все же единорогу нельзя много пить после такой перестройки организма. Наконец прощание перешло в окончательную фазу. Потекли слезы, мужчины стали пожимать руки, и я решительно попросил отбывающих, собраться в плотную кучку. Миг, и мы расходимся уже в тронном зале. Король отпер двери залы и все шумно ввалились в коридор. Стража была на месте. Тут же было передано, что король вернулся и дворцовая жизнь начала набирать обороты. Я раскланялся со всеми присутствующими и вернулся в свою комнату в старом доме Михалыча. Наталья, все еще ждала, когда я спущусь, чтобы разрешить ей убраться. Если честно, то в комнате был идеальный порядок. Ну, может сегодня можно не убираться, я уселся в кресло, и так мне стало хорошо, что не нужно никуда бежать, кого-то перемещать, что я расслабился и заснул каким-то обыкновенным человеческим сном.
Разбудили меня легкие толчки в плечо. Я разлепил глаза и увидел встревоженную Наталью. Она что-то говорила мне, а я ничего не слышал. Как будто уши заткнули ватой. Наконец я стал улавливать слова. Наталья беспокоилась, ей казалось, что мне плохо. Выяснилось, что она услышала стоны, доносившиеся из моей комнаты, и заглянула сюда. Я спал и стонал во сне. Да, я удивился. Раньше со мной такого не было. Я поблагодарил Наталью и решил, что она сейчас уйдет, но она стояла и ждала чего-то. Ах, да, я же обещал ей все объяснить. Интересно, и как я это сделаю? Что, врать на всю катушку? А может ввести ее в круг моих сторонников и друзей. Ведь есть в моем окружении люди, которые не являются моими кровными родственниками, однако они воспринимают меня нормально, хотя и знают, что я не совсем человек. Тот же мафиози, как я его называю, жена и дочь Михалыча, Яков, королева и Тиренз. Другие, близкие мне люди, не знают мою тайну, хотя некоторые догадываются, что что-то со мной не так, но ведь они меня таким принимают, значит и с Натальей можно наладить такой контакт, да и с Авдотьей тоже.
Я вздохнул и предложил Наталье присаживаться, потому что разговор будет долгим. Отошел к окну, а оттуда вернулся с бутылкой неплохого вина и креманкой с мороженым. Это самое действенное средство при серьезном разговоре с женщинами. Брови Натальи поползли вверх, ведь она точно знала, что в этой комнате есть, а чего нет. И такой бутылки тут точно не было, а креманка с таким замерзшим мороженым может быть только из холодильника. Я поставил все на столик, на глазах у Натальи залез к себе за пазуху и вытащил два хрустальных фужера. Слазил еще раз и на столе появилась большая коробка конфет. Молчание продолжалось. Я открыл бутылку и разлил вино в фужеры. Сорвал обертку с коробки и снял крышку. Все, можно приступать к нашей беседе.
