— Ну, не знаю я, как тебе, бабка Авдотья объяснить. Не считаю я себя богохульником. Как-то не задумывался. С богом спорил, ругал его даже. Но вот становиться верующим, как-то не могу. Я его воспринимаю как обычного человека, да и приставлен он к Земле для того, чтобы ее оберегать. Он больше следит, чтобы катастрофы какой, глобальной, не произошло. А уж исполнять людские просьбы, по-моему, это как-то неправильно. Вот ты чего-то просишь у бога, а почему он это тебе должен дать. Потому, что ты его восхваляешь? Нет, не силен я в этих вопросах. Лучше давайте считать меня атеистом. Хотя нет. Атеисты отрицают существование бога, а я то это сделать не могу, потому что знаю, бог есть. Короче я просто не верующий. Креститься не умею, в церковь не хожу, ни к какой религии не принадлежу, слава богу!
— Вот! Вот и раскрыл ты свою сущность дьявольскую, Все Наталья, уходим отсюда. Напоследок все залью здесь святой водой. Пусть сгинет нечесть. А то ишь, решил наши души заполучить!
— Ну, Макс, вижу, женщины тебя взяли в оборот. Молодец Авдотья, так его. Он же меня знает, и не верует в меня. Это не грех даже, а, как в философии, отрицание отрицания. Вижу, знаю что есть, но не верую.
— Ой, здравствуйте, а я Вас помню, Вы у нас здесь ночевали.
Я тяжело вздохнул, кивнул Наталье, что означало, да, я услышал ее и да, это именно он ночевал у нас тогда. Указав на бога, представил.
— Бабка Авдотья и Наталья, позвольте представить вам моего друга, и по совместительству бога планеты Земля. Его так и зовут, бог. Бабка Авдотья не проводи параллель с Христом, тот его внук. Самого его не было на планете, как он посчитал, семь с половиной тысяч лет, по независящим от него причинам. Так что прошу любить и жаловать, ну и веровать. Он это любит. Ну и садись к столу, я с тобой с удовольствием выпью коньяку, а то мне Авдотья совсем мозг вынесла, и я стал доставать фляжку и коньячные фужеры.
Наши посиделки затянулись бы дольше, но внезапно Наталья вскочила, и, сказав нам, что идет на учебу, выбежала из комнаты. Авдотья тоже степенно поднялась, Поклонилась богу, перекрестилась и известила нас о том, что и ей пора, а то нужно проводить внучку в институт, да и уборку продолжить надо. Я не вмешивался, бог, как водится, словесно благословил старушку и та, юркнула за дверь. Мы еще посидели за столом, а затем бог стал прощаться, у него еще есть дела в этом мире. Я его не стал отговаривать, кто я такой, чтобы перечить богу? Оставшись в одиночестве, я вернулся в кровать, так как чувствовал я себя как-то не так, как всегда. Если честно, то я даже ощутил, что слегка пьян. Это было так неожиданно, ведь алкоголь давно меня не берет. Сейчас голова слегка кружилась, лицо горело, как будто у меня температура. Вдруг комната крутанулась по какой-то замысловатой траектории. Только я стал немного приходить в себя после такого кульбита, как все повторилось, но под более немыслимым углом. Было такое ощущение, что меня сейчас стошнит. Я уже стал искать глазами какую-нибудь емкость, когда в голове зазвучал голос библиотеки.
