– Как много еды! – ухмыльнулась я, обходя стол по кругу. – Могу и лопнуть, пожалуй!
Я заставила одного из мужчин наклонить голову так, чтобы пульсирующая жилка на шее была хорошо видна, после чего впилась клыками в артерию, наслаждаясь приторно-соленым вкусом человеческой крови. Как хорошо, что за несколько лет жизни вампиром я научилась хорошо контролировать свои инстинкты. Этот человечек потерял совсем немного крови, утолив мой первый голод, а впереди у меня был настоящий пир.
В ушах завывал ветер и далекий-далекий странный вой, который я заглушила легким усилием. Неторопливо обошла всю компанию еще раз, надкусив каждого. Вместо испуга человеческие лица теперь выражали неподдельное счастье, но это меня не особо заботило. Простаки, картежники-выпивохи, разве для таких трудно сделать шаг от наслаждения алкоголем до удовлетворения вампирьим укусом? Кровь, полученная от них, пьянила и кружила голову, ее невероятный аромат заполнил небольшую комнатку, вызывая желание пить еще и еще, купаться в ней, нырять и плескаться.
Багровая струйка стекала по моему подбородку, пришлось облизнуться и стереть капли ладонью. Я висела над столом, опираясь на черные грозовые крылья, держа одного из мужчин под мышкой, и раскрашивала потолок. Никогда бы не подумала, что подобные художества так увлекательны! Красные завитки и листья стремительно высыхали, становясь бордовыми, приходилось действовать быстро. Я мурлыкала себе под нос какую-то песенку и окунала пальцы в раны на шее и груди моей жертвы, которые пришлось чуть увеличить, чтобы можно было нормально рисовать.
Где-то внизу раздался изумленный вздох, и это заставило меня мгновенно принять атакующую позицию, все еще прижимая к себе человеческое тело. На пороге стояли Алекс и Глайт, изумленно оглядывая залитую кровью комнату. Упс! Увлеклась.
– Ты… – видимо, словарный запас жениха резко иссяк, – последний разум потеряла? Что ты творишь?
В глазах мальчишки я особого осуждения не увидела, он лишь с любопытством рассматривал мои потолочные художества. Глайт, зануда!
– Ничего, охочусь! – Я невинно похлопала глазами и выпустила жертву.
Тело со стуком упало на стол, и без того забрызганный кровью и вином. Алекс принюхался и куснул ближайшего человека, будто дегустируя изысканное блюдо.
– Ну же, Глайт, не будь ханжой! – Я подлетела к нему и взяла за шиворот первое попавшееся под руку тело. – Столько еды, я просто заигралась. Не хмурься, милый, все равно они ничего не вспомнят утром.
– Ну да, особенно когда увидят то, что ты сотворила с потолком! – Вампира трясло от злости. – С каких пор ты начала играть с едой?
– Да ладно тебе, – махнул рукой Алекс, прикладываясь к горлу еще одной жертвы и делая большой глоток. – Рэй наконец-то стала вампиром! А ведь последние шесть лет только и делала, что вспоминала о том, какой была до обращения.
– Мы не проливаем кровь зря и не рисуем узоры! И уж тем более помним о том, что вокруг живые люди! Разумные существа! Рэй, в тебя словно злой дух вселился!
Вампир старательно игнорировал одуряюще-привлекательный аромат крови в комнате и тело в моих руках. Я, провоцируя, подошла ближе и подсунула ему еду почти под нос.
– Никто в меня не вселился, отстань! Один глоток, милый, и мы уходим! – Мне было жутко любопытно, соблазнится он или нет.
– Я не могу! – Он отпихнул меня и вырвал из рук жертву. – Ты и так почти превысила допустимый предел!
– Не-ет, милый, за рамки я еще не вышла. – Бездумное веселье клокотало внутри. – А вот на это что скажешь?
Я стремительным шагом преодолела небольшое расстояние до растерявшегося вампира, привстала на цыпочки и поцеловала его. Нежно-нежно. И вполне добровольно, что добило беднягу окончательно. Спустя мгновение мужские руки автоматически легли мне на талию, крепче прижимая к себе, а поцелуй из осторожного превратился в дикий, страстный и сводящий с ума. Когда я неожиданно, порывом ветра и тьмы выскользнула из его объятий, на нижней губе Глайта набухала рубиново-красная капля.
Облизнулась.
– Вкусный ты, милый, как жаль, что характер мерзкий! – Я показала кончики окровавленных клыков.
Признаюсь, поцелуй мне понравился. Даже очень. Откуда ни возьмись, нахлынули воспоминания о нашей единственной ночи, вызывая сладкую дрожь, пришлось взять себя в руки и сосредоточиться на чем-нибудь другом. Например, на еде! Ням!
Глайт тоже довольно быстро отошел от потрясения и тут же раскомандовался:
– Алекс, прекрати пить, ты же видишь, что еще совсем немного, и они все могут погибнуть!
В желтых глазах мальчишки мелькнуло сожаление, да и выражение лица ясно говорило: «Ну и что?» – Однако он послушался и отпустил безвольного человека на пол.
– Лучше бы вы продолжали целоваться, – ехидно заметил вампиреныш, но его проигнорировали.
– Уходим, – командовал Глайт, больно хватая меня под локоть. – Рэй, ты же владеешь магией исцеления, помоги им! Если утром найдут пять обескровленных жертв, нам точно придется несладко! На Сердолике не так много вампиров, чтобы им спустили подобные вольности!
– Зануда. – Я пыталась вырваться, но безуспешно.
