Мысли ворочались в голове, тяжелые и холодные. Все мы, конечно, знали, что этот поход будет опасным и тяжелым, но у меня до текущего момента внутри жило стойкое ощущение, что удастся выбраться из любой передряги, если не совсем целыми, то живыми точно. Похищения, ранения, опасности в Тихом лесу – все это было жутким, весьма болезненным, но преодолимым. Гибель Ами ударила по всем так, что теперь внутри оставался только холод. Я держала за руку брата, который до сих пор, казалось, не мог до конца осознать случившееся.
Под ладонями Шаэна воздух над Ами задрожал, формируясь в жемчужный купол.
– Прощай, сестра, – тихо сказал он, и белое пламя объяло саркофаг с телом погибшей наследницы.
Спустя несколько минут на земле осталась только крошечная горстка жемчужного пепла, которую моментально подхватил очередной порыв ветра. Все действительно было кончено.
Мы летели над лесом в полном молчании. Алекс вел нас за собой, ориентируясь по карте, двух кангу пришлось отпустить, третьего оседлал Рэйн как единственный бескрылый в отряде. Никаких препятствий на пути к катакомбам не было, воздушные купола, мешающие летать, тоже не появлялись. Перед вылетом мы все дружно переглянулись, и Рэйн выразил общую мысль:
– Тот, кто сделал это, умрет.
Теперь, когда магия островов Сайгона была отключена, присутствие такого мощного магического объекта, как артефакт правды, ощущалось довольно четко. Деревья и лесные озера проносились под нами с огромной скоростью, и вскоре после того, как из-за туч показались тонкие серпики тающих лун, мы были на месте.
– Будьте осторожны, – предупредил всех Алекс и первым нырнул в заросший колючими кустами лаз.
Мы последовали за ним, оставив позади противно причмокивавшую темную трясину. Думаю, каждый из моих спутников так или иначе провел коррекцию мыслей и восприятия, чтобы боль последней потери не мешала достижению цели. Время горевать еще придет, только это будет уже после того, как мы отомстим.
Месть. Странно, я думала, что все знаю о том чувстве, которое держало меня на плаву последние шесть лет, но сегодня оно повернулось другой, неизведанной гранью. Одно дело – годами искать того, кто когда-то обидел тебя. Со временем обида становится не такой горькой, и весь процесс поисков превращается в простое, но обязательное дело. Это как дыхание. Смерть Ами всколыхнула боль, сделала ее невероятно острой и ясной и напомнила мне, почему я до сих пор иду вперед, почему ввязалась во всю эту историю, и про прочие неприятности. И сейчас с каждым вдохом я чувствовала, что в легких застрял миллион отравленных игл, внутри все саднило и царапалось, не давая ни секунды покоя. Теперь мы просто обязаны были выстоять до конца, чтобы увидеть, как тускнеет взгляд того, кто посмел устроить подобное.
Верхняя губа слегка приподнялась, обнажая клыки, я чуть не зарычала в голос.
Единственного сонного вампира, поставленного охранять вход в катакомбы, Алекс убил, даже не замедляя шага. Мы равнодушно прошли мимо, потеряв и тот минимальный пиетет к смерти, который должен быть в отношении врагов. И пусть это был всего лишь исполнитель чужой воли, он тоже знал, на что шел.
– Подождите, – сказал Шаэн, все это время всматривавшийся в темноту тоннеля своим особым взглядом видящего. – Впереди магическая охрана.
Мы все прекрасно видели окружающее, даже Рэйн обрел ночное зрение благодаря одному из своих эликсиров. Горькая морщинка, появившаяся на лбу моего брата, ранила меня, но время, возможно, сотрет ее. Хотя надеяться на то, что память у него хуже, чем моя, было глупо, я ведь до сих пор не забыла того страшного звука, с которым осколки разбитого сердца падали к моим ногам. Проклятый Линнер!
Судя по карте, дальше шло разветвление тоннеля, так что каждый из новых коридоров пересекал часть магической защиты. Мы остановились на перекрестке, ожидая, пока Шаэн даст нам хоть какую-то информацию.
– Главная пещера, судя по записям, это подземная крепость, а тоннели как раз проходят под ней, ведя нас к центральному залу, – задумчиво произнес Алекс, нарушая тишину. – Вопрос только в том, какая защита стоит впереди и есть ли разница в том, какой путь выбрать? Более удобные дороги, которые и охраняются соответственно, должны вести к входу в крепость, но они не для нас.
– Магия многокомпонентная, – наконец «оттаял» Шаэн, минут двадцать простоявший неподвижно. – Ее сплели из вампирских и арашшасских заклинаний и стихийных чар.
– И что будем делать? – Рэйн и Глайт изучали карту вместе с вампиренышем, пытаясь вычислить, какой тоннель короче.
– Нам надо разделиться.
Все недоверчиво уставились на Шаэнниля, ведь идея, требующая растраты и без того скудных сил нашего отряда, была, мягко говоря, не самой удачной.
– Структура защитного кольца такова, что дезактивировать его из какого-то одного места невозможно! У него четыре источника, расположенные в разных местах, и, если мы не собираемся, проделав такой путь, поворачивать обратно, лучше сделать так, как я сказал. – Приятель выглядел утомленным и злым, поэтому и язвил.
– Ты уверен в том, что видел? – спросил его Алекс.
