Шаэн вытянул из ранки длинный осколок, кинул его на пол и завернул меня в свой плащ, после чего я вспомнила, что вообще-то собиралась поспать и в ловушку попала почти голышом. А, ладно!
– Я почувствовал твою боль через нашу связь. Рэй, как это произошло?
Вошла Галейя. Замок на двери был сорван.
– С ней все в порядке?
– Жива. Нам нужно уходить. – Шаэн посадил меня в чудом уцелевшее кресло и стал собирать мои вещи.
– Ребята, и давно у вас во дворце на гостей ставят силки?
– Рэй, не время язвить. Ты попала в «силки времени», одну из самых неприятных волшебных ловушек, которые мы знаем. Если бы мы опоздали, то определить, что и когда с тобой случилось, было бы невозможно: от тебя осталась бы только высушенная мумия. Это заклинание мог поставить только настоящий специалист, как и проникнуть в одни из самых защищенных покоев в этом дворце.
– А что ты тут делаешь? – Я с подозрением уставилась на нефритовую девушку, хмуро рассматривавшую учиненный мной погром.
– Я ее позвал, не волнуйся. – Приятель закрыл сумку с моими вещами и подошел ко мне. – Сестричка последние полгода была в Астине, ты же сама говорила, что у нас там есть кое-какие дела – в том городе, где ты родилась.
Замкнуть силу! Да, это точно.
– Правильно, надо торопиться. Кстати, Галейя, после нашего ухода понаблюдай за Ларсеном: его трясло от злости как раз перед тем, когда мы познакомились. А когда я ему об этом сказала, он начал мне угрожать.
Брат с сестрой переглянулись.
– Рэй, после смерти матери и старшего брата у Ларсена все время случаются перепады настроения, боль потери до сих пор мучает его. Будь к нему снисходительней.
Ничего себе, по дворцу расхаживает неуравновешенный арашшас, в гостевых покоях взрываются смертельные ловушки, а меня просят быть снисходительной? Удивительные люди. Не люди.
– Ладно, оставим. Ты в любом случае должна узнать, кто из ваших мог желать мне смерти. Пусть вы обвиняете вампиров в пропаже артефакта правды, но на меня покушался не вампир. Замок ваш – проблема ваша.
– Рэй, прекрати! Галейя знает ориентиры твоего родного города, она была там недавно, так что приготовься к перемещению. Чужой телепорт тебя так не вымотает, как собственное колдовство, но ты и так потеряла много сил. Сможешь встать или взять тебя на руки?
– Не трогай меня, Шаэн! Встану как-нибудь. Регенерация у нас, конечно, не такая совершенная, как у арашшасов, но через некоторое время буду в порядке.
Галейя подозрительно смотрела, как я отшатнулась от протянутой руки брата, зеленые глаза видящей разглядели что-то, что ей не понравилось.
– Это ж надо было так обидеть девушку, чтобы она от тебя шарахалась, братец! – язвительно сказала она, начиная выстраивать перед нами формулу телепортационного заклинания.
Мы с Шаэном дружно сделали вид, что оглохли, не реагируя на замечание. В конце концов, он извинился, а я все забыла. Наследница только фыркнула.
– Вы окажетесь на самой окраине города в заброшенном доме, так что можете не волноваться, что кого-то побеспокоите. Удачи в поисках, и, дорогая, не обращай внимания на этого оболтуса!
Мы обменялись понимающими взглядами, прежде чем серый туман телепорта перенес нас в Локо.
– Рэй…
– Забыли, Шаэн. Мы должны поскорее найти гостиницу и поспать хотя бы часик, я умираю от усталости после бала и прочих экзекуций. А еще я в твоем плаще в одних трусах, мне срочно нужно что-то на себя надеть. В сумке осталось что-нибудь из одежды?
Приятель захихикал, прокомментировав, что все девушки одинаковы и думают только о нарядах. Пришлось оскалить клыки, чтобы дело пошло веселей.
– И отвернись, нечего тут рассматривать! – Я с радостью влезла в штаны и жилет, других целых вещей не оказалось.
– Как это нечего? Мы с тобой, можно сказать, стали очень близки, я тебя уже видел в белье, видел почти без белья, можешь меня не стесняться.
– Получишь в глаз, извращенец! Лучше бы тебе найти гостиницу с двумя раздельными комнатами, а то следующего пробуждения рядом со мной ты можешь не пережить!
– Это уж точно, – проворчал арашшас, и мы вышли из заброшенного дома в сгущающиеся вечерние сумерки.
Ласковый ветерок ерошил мне волосы, гладил по щекам, щекотал шею. Шаэн ругался, потому что в отличие от меня, бывшей с воздушным потоком в хороших отношениях, ему в глаза налетели пыль и сор с улицы. Странно, но в последние несколько лет, как я заметила, ветер, какой бы он ни был сильный и холодный, никогда не причинял мне неудобств. Для себя я научилась различать несколько разных потоков: обычный, волнующий море, деревья и крутящий флюгеры на крышах домов, дружелюбный – такой, как сейчас, ласкающий кожу, заигрывающий, кокетливый, и сердитый, от дуновения которого путаются кудри, мешающий идти в нужном направлении. Может, это странно, что я дала такую классификацию простому природному явлению, но все действительно поменялось. До превращения в вампира ветер всегда был равнодушным, а сейчас у него будто появилась душа, и я с ним подружилась.
– Проклятый сквозняк! – ругался Шаэн, протирая глаза.
