– Что с ним делать? – прокричал он, но генерал уже отвернулся. Он схватил двух ближайших пацанов-парашютистов за плечи и подтолкнул к БТР-Д:
– Быстро! Внутрь! Это ваш командир! Слушаться без всякой херни!
– Есть!
Казачки нырнули внутрь машины.
– Бойцы! Ко мне! – заорал генерал Черный, перекрывая все остальные звуки. – Сбросить платформу с БТР вручную! Бегом! Бегом!
И уже Кровнику:
– Ты еще здесь?!
Кровник, согнувшись пополам, влетел в темное тесное нутро, прижимая кейс к животу, и уже захлопывая за собой дверцу, увидел бегущих к машине людей. Он на ощупь заблокировал дверь изнутри и обернулся для того, чтобы заставить кого-нибудь включить наконец-таки свет тумблером на приборной панели.
В этот момент его подбросило вверх и с силой шлепнуло о железный потолок, а потом с такой же силой о дно бронетранспортера.
Он увидел ослепительное высокогорное слепящее сияние и полетел прямиком в него.
Он потерял сознание.
Звон в ушах.
Мерзкий тошнотворный писк, от которого привкус желудочного сока во рту.
И еще один… другой… знакомый… Продирающийся сквозь шип и треск радиопомех. Радио?
Кровник открывает глаза: и вправду радио. Сигналы точного времени. «Подмосковные вечера». Знакомый голос сообщает, что в столице восемь часов вечера.
Сушняк дикий. Губы потрескались. В горле – наждак.
– Пить, – говорит Кровник, отводя руку Пилотки. Она протирала ему лицо мокрой тряпкой.
Пьет жадно из фляжки, глядя на всех присутствующих: Пилотка с большой шишкой на лбу, девочка, сидящая на одном из кейсов и два казачка. Эти включили весь свет внутри машины и крутят ручку настройки.
– Фамилия, боец… – спрашивает Кровник, того что покрупнее.
– Рядовой Цирульник, товарищ капитан!
– Ты? – Кровник смотрит на второго.
– Рядовой Чеботарь, товарищ капитан!
Кровник чувствует, как БТР-Д почти неслышимо покачивается.
– Мы еще в воздухе?
– Так точно, товарищ капитан.
– Давно я в отключке?
– Пару минут…
– Там… – Пилотка неопределенно машет рукой. – Похоже, взрыв был… так страшно закричали и бах… кажется, самолету капец… а нас взрывной волной…
Кровник осторожно шевелит головой. Потом встает и отщелкивает один из верхних люков. Он высовывается по плечи и тут же падает обратно в салон.
– Держись! – орет он, выпучив глаза, и хватаясь, за что придется. – Головы!..
Закончить он не успевает: громкий металлический скрежет, скрип, звук, с которым один большой кусок металла снимает стружку с другого большого куска металла.
– БУМММ!!! – их сильно дернуло вправо. Пилотка охнула.
– Головы берегите! – кричит Кровник, чувствуя тошноту и наблюдая темные круги перед глазами.
Звук битого стекла снаружи?
– БУМММ!!! – еще раз. Сильно. Девочка, не удержавшись, летит спиной на одного из казачков. Тот шипит от боли.
Хруст ломающегося дерева, звук рвущегося металла и…
Тишина?..
– Все?.. – спрашивает Кровник, – все целы?
– Так точно… – сдавленно Чеботарь.
– Я тоже… – это Пилотка.
– Девочка? – Кровник, согнувшись в три погибели, пытается пролезть в нос БТР-Д.
– В норме, – говорит Цирульник. – На меня упала…
Кровник смотрит в смотровые щели по обоим бортам: ни фига не видно. Продолжает свой путь в носовую часть рубки и оттесняет Чеботаря от прибора ночного видения. Сует лицо в прорезиненное сопло перископа. Быстро крутит его по сторонам.
– Ох ты… – говорит он, не отрываясь от прибора, – черт…
Пилотка и бойцы прислушиваются, смотрят друг на друга недоуменно: им кажется или эти звуки снаружи действительно похожи на…
– Покинуть машину! – говорит Кровник, неожиданно отстранившись от окуляров. – Цирульник, Чеботарь – парашюты на хер!
Он протягивает генеральский кейс одному из подростков:
– Держи этот. Знаешь, что в нем?
Боец кивает. В полутьме салона кажется, что зрачки его расширились до немыслимых размеров.
– Отвечаешь головой, – Кровник смотрит в эти его зрачки-дыры. – В прямом смысле, ты понял? Башку оторву!
Боец кивает:
– Так точно, товарищ капитан. Понял.
Кровник смотрит на второго. Показывает указательным пальцем вверх:
– Выходишь через верхний люк. Там четверо гражданских… Может больше. Без приказа не стрелять.
– Все! – он берется за ручку кейса. – Пошли-пошли-пошли!..
Эти звуки снаружи, похожие на музыку – музыка.
Монотонное долбилово из колонок в человеческий рост высотой. Снаружи – то ли смех, то ли визг… яркие пятна электрических светильников, запах еды, звон стекла.
Кровник с Цирульником выкатились из заднего люка; Чеботарь, откинув верхний, мигом оказался на броне. Вскинул автомат: «четверо гражданских», направлявшихся к БТР-Д, остановились.
Кровник быстро осмотрелся: черные заглушенные «мерсы» в сторонке, большая то ли беседка, то ли веранда, пяток мангалов, шашлычник в белом халате с шампурами в волосатых руках. Замер на полпути от раскаленных углей к столу. К большому столу, крытому белоснежной скатертью в той самой то ли беседке, то ли веранде.
