– Ну, хорош ты залупаться… – Кровник нашел глазами Пилотку с девочкой. – Генерал приказал парашюты выдать…
– Кому приказал? – Дынга резко затормозил у одного из бойцов и подергал его за ремни, проверяя снаряжение. Перешел к следующему. Рявкнул:
– Туже затягивай, бестолочь!
– Так! – сказал Кровник, отшатнувшись и скривившись (капли слюны и запах страха), – Быстро выдай мне три парашюта или будешь иметь дело с генералом!
– Да мне по херу! – Дынга перешел к следующему бойцу, ощупывая его ремни. – Запасных парашютов нет! Генерал приказал – пусть тебе свой парашют и отдает! Уж не знаю, где он тебе еще два высрет!..
Кровник, кусая губы, обернулся в сторону кабины.
В эту секунду в самолет попал первый зенитный снаряд.
Вспышка справа по борту.
Удар.
Визг. Самолет тряхнуло так, что все разом оказались на полу – вылетела твердь из-под подошв. Посыпались кулями на железное днище, отбивая локти, лбы, колени и копчики. Стоны, вопли, крики.
Лампы под потолком неуверенно моргнули.
И погасли.
Кровник встал на четвереньки. Нащупал кейс неподалеку. Вскочил на ноги, чувствуя, как пол под ногами начинает крениться. Он увидел пламя, разгорающееся где-то снаружи. Пламя, дающее отсветы в ряд длинных иллюминаторов. Мечущиеся тени, смазанные силуэты, стоны. Крики, требующие прекратить панику.
Правое крыло. Оно горит.
Кровник двинулся в сторону девочки по памяти, на ощупь. Споткнулся о кого-то, полетел головой вперед. Моргнув, включились лампы аварийного освещения.
Он вмиг оказался на ногах – вот они – Пилотка и девочка. Секунда – и он рядом с ними. Зрачки Пилотки – размером с блюдца, девочка тоже смотрит во все глаза. Самолет накренился еще больше.
– Что… что… – Пилотка белая как мел. – Что делать?!
Мимо, матерясь, пробежали Дынга и человек в летной форме с большим железным ломом в руке.
– Гидравлика! – орал летчик, – Гидравлика повреждена! Рампа сука не открывается с кнопки! Вручную давай!..
Долговязый пинками и криками поднимал казачков в некое подобие попарного строя.
– БАХ!!! – совсем рядом. Яркая вспышка за круглыми окошками. Девчонки завизжали, транспортник ощутимо тряхнуло. Пара человек рухнули на пол ничком.
– Встать! – сорванным голосом долговязый. – Это не в нас! Это в соседний! Стоять всем! Готовность десять се…
– Пах!!! Пах!!! – сухие пистолетные выстрелы в хвостовой части. Кровник обернулся: Дынга и летчик стреляют в какие-то коробки под потолком и в полу.
Шипение. Самолет задрожал всем своим большим туловищем. Кровник увидел Дынгу и летчика, бегущих из хвостовой части обратно.
– Быстро! – Кровник рванул девочку за собой. Пилотке два раза повторять не пришлось. Они стартанули, как заправские спринтеры. Только пятки засверкали. Они бежали к крайнему БТР-Д.
Одним движением распахнул задний люк:
– Быстро! – впихнул девочку, за ней Пилотку, швырнул туда же кейс, занес ногу, переступая бронированный порог, когда кто-то схватил его за руку и дернул назад. Кровник зарычал, блокируя возможный удар в голову и собираясь вбить кадык нападающему в его же горло.
Это был Черный.
– Урод! – заорал он Кровнику в лицо. – Так ты ее охраняешь?! Где твое оружие, боец?!
Самолет тряхнуло. Шипение усилилось: рампа (тот самый люк-трап) – под своим весом ухнула вниз, открыв дыру в ночь. В исчерченное ракетами и зенитными снарядами небо. В бушующий за бортом воздушный бой.
– Вот твое оружие, боец! – Черный протягивал Кровнику свой пистолет. – Не вздумай потерять! Ее!!! Она – все, что у
Кровник услышал крики командиров и увидел, как посыпались в раскрытый зев наружу, в ночной воздух, кисло пахнущий израсходованными боеприпасами, первые казачки. Увидел море огней внизу – Москва!
Он сунул генеральский «стечкин» за ремень.
– На! – Черный протягивал ему свой чемодан. Кровник не думая схватился за обмотанную синей изолентой ручку.
