– По врагам Родины! – заорал Черный, потрясая кулаками. – Огонь!
Они покрасневшей от возбуждения озирающейся толпой переместились к турникам.
– То есть обязательно стоя? – громким шепотом спрашивала Маринка. – Или можно лежа?
– Мы только стоя пробовали, – терпеливо объяснял Ливанов.
– Десять раз присесть? – взволнованно Ритка. – А может можно просто десять глубоких вдохов?
– Кстати, может все-таки сидя лучше будет? – вставила свои три копейки конопушка.
– Так! – прервав всех взмахом руки, сказал Ливанов твердо. – Повторяю последний раз, и больше не буду отвечать ни на чьи вопросы, ясно?
Все кивнули. Ливанов сжал правую кисть в кулак и выставил на обозрение свой указательный палец:
– Первое. Нужно десять раз присесть. На выдохе приседаешь, на вдохе встаешь. Дышать нужно изо всех сил. То есть глубоко. Второе…
Ливанов продемонстрировал всем два пальца своей правой руки:
– Прислоняешься к стене или, например, к турнику…
Ливанов кивнул в сторону ближайшего турника. Все внимательно осмотрели эту П-образную конструкцию.
– Третье: двое давят тебя со всех сил в грудь. Прямо в сердце.
– Все, – сказал Ливанов, – попадаешь в прошлое.
– Только в прошлое? – Маринка разочарованно скривилась. – А в будущее? Я, например, в бу…
– Но это же опасно! – возмущенно всплеснула руками молчавшая до этого высокая девочка с толстой черной косой. – Я знаю, что это! Это у нас в школе в Ростове называли «усыплять»! Это же очень опасно! Это же клиническая смерть! У нас во дворе один мальчик от этого даже умер! У него сердце слабое было… Ярик Морозов…
– А я вот сейчас слетаю в прошлое и спрошу у Ярика, правду ты говоришь или нет! – сказал белобрысый. – Не наговаривай тут на нашу машину времени! Боишься – так и скажи!
– Так и говорю! – кивнула девочка с косой. – Боюсь! Потому что опасно!
– Да! – громко сказала Ритка и повернулась к Ливанову:
– А как назад вернуться?
– Ждем секунд десять и начинаем тебя по щекам бить, пока глаза не откроешь и говорить не начнешь…
– Вот-вот! – сказала девочка с косой и погрозила пальцем. – У нас в школе это называли «будить»!
Она повернулась к подружкам:
– Девочки! Вы же медики! Прекратите немедленно!
– Только в прошлое работает? – Маринка не обращала на нее никакого внимания.
– Не знаю, – Ливанов пожал плечами. – Мы только в прошлое попадаем.
– Туда, где мама и папа живы, – сказал белобрысый.
Девочки смотрели на него, широко раскрыв глаза.
Я первая… – испуганно прошептала Маринка.
– Нет, – сказал белобрысый, – Первый – я…
– Огонь! – орал генерал. – Огонь!
И хохотал, барабаня ладонями по столу.
