Линн еще секунду смотрела на него, замедляя полет, чтобы спуститься на землю. Когда она приближалась навстречу Хвосту Тигра, она поняла, что этот солдат пощадил ее сегодня. И ей стало интересно, переплелись ли нити ее судьбы с судьбой ее хладнокровного врага, этого беспощадного воина. На счастье или на беду.
Линн прижала к груди колени как можно крепче. И погрузилась в ледяные воды реки.
Сначала она почувствовала холод. А потом затхлый запах сырого камня и застоявшегося воздуха – его ни с чем не перепутаешь. Ана пошевелила рукой и ощупала ладонью прохладную, твердую поверхность. Она повернула голову. В теле ощущалась вялость, как будто она только что вышла из глубокого сна. Мышцы были скованы, но она чувствовала, как эффект парализующего яда рассеивается.
Ана открыла глаза. Вокруг стояла кромешная тьма, но она узнала это место. Больше нигде в мире не стоял такой смрад безысходности и чистейшего ужаса. Папа всегда говорил, что это место кишит демонами.
Но Ана усвоила, что демоны не самые страшные существа. В отличие от людей.
Она глубоко вдохнула и обратилась к своей силе родства. Она отозвалась на ее зов, и помещение озарилось: полы и стены были усеяны пятнами и брызгами крови, на старые слои накладывались свежие, как будто это была краска.
Ана пошевелила пальцами рук и ног. Никто не надел на нее кандалы, не влил в горло божевосха… потому что все думали, что она мертва.
И Лука. Луки больше не было.
И хотя она пыталась занять себя составлением плана, как выбраться отсюда, спасти Рамсона, найти Линн – глаза застилали слезы. Словно ее печаль была наводнением, проломившим плотину ее железной воли и разливаюшимся теперь повсюду. Она лежала на столе в холодном темном подземелье, зажимая рот обеими руками, чтобы никто не услышал ее плача. И с каждым долгим, затяжным всхлипом она все сильнее сворачивалась клубочком, как будто не собиралась больше дышать.
Она выглядела жалко. Лука выстоял год под пытками Морганьи, в то время как жизнь постепенно покидала его, но даже под конец он был способен оказывать ей сопротивление.
Где-то далеко хлопнула дверь. В пустых коридорах послышались шаги. Усмирив дрожь, Ана замерла на месте. Этот звук пробудил в ней неописуемый страх: она ожидала увидеть тонкие белые пальцы, обвивающие прутья тюремной решетки, садистскую улыбку на невыразительном лице и ощутить привкус божевосха на губах.
Затаив дыхание, она просканировала коридоры силой родства. Кто-то спустился в подземелье и направлялся к ней. Он шел быстро, но спокойно – размеренным шагом человека, который хорошо ориентировался в этом пространстве. Он не спеша приближался, а кровь его сияла, как свеча.
Тихий шепот. Кто-то звал ее по имени. Голос был знаком до боли, и Ана подумала, что он ей чудится.
У решетки ее камеры остановился мужчина. Свет далекого факела освещал белые и серебристые пряди его волос. К тому моменту, как дверь со щелчком открылась, Ана уже встала на ноги.
И упала в крепкие объятия капитана. Со слезами на глазах она вдыхала аромат крема после бритья и металлический запах доспехов.
– Кольст… – голос Маркова сорвался.
Не закончив фразы, он упал на колени и нарисовал у груди круг. Приветствие и знак уважения. Сдерживая слезы, Ана помогла ему встать, дотронулась до его обветренного лица, смахнула слезы с его окруженных морщинами глаз. Капитан Марков стал для нее вторым отцом, после того как папа отвернулся от нее.
– Я так скучала по тебе, капитан.
В конце коридора снова застучали шаги, и Ана напряглась, призывая свою силу.
Из-за угла показались два человека с факелом, осветившим камеру ярким светом.
Лейтенент Хенрик отдал ей честь. Его щеки залились краской стыда. В этот момент и он, и Ана вспомнили, как он пытался арестовать ее этим вечером. Но он не сводил с нее глаз.
Рядом с ним… а рядом с ним…
– Привет, ведьма, – негромко сказал Рамсон. Его лицо было покрыто синяками, а ворот рубашки был разорван. Кто-то второпях перебинтовал его грудь, но кровь уже проступала сквозь марлю.
Ана вспомнила тронный зал, врывающегося туда Рамсона, опустошение на его лице. Тень пережитого горя все еще застилала его глаза. Он выглядел таким хрупким.
У Аны скребло в горле, но усилием воли она заставила себя стоять на месте.
– Привет, аферист, – прошептала она.
По виду Рамсона казалось, что он хочет сказать что-то еще, но капитан Марков не дал ему такого шанса.
– Обращайтесь к ней как к императрице, – строго сказал старый солдат.
Ана заметила, что Рамсон выпрямился.
– Да, сэр.
Не хватало только одного человека.
– Линн, – сказала Ана, глядя на Рамсона. – Где она?
– Она сражалась с Белыми плащами, когда я оставил ее, – ответил он. – Она отдала мне мешочек и попросила передать тебе. Сказала, что это доказательства. Капитан, вы никого не арестовывали этой ночью?
