А позвал он Макара, чтобы сказать, что берёт парня в мастерскую. И назначает ему… Тут батюшка назвал сумму, почти вдвое превышающую жалованье взрослых мастеров.
Уже с первой получки купили Павлу костюм, а Леночке пальтишко. Из старого она давно выросла. Уже много позже Мария, теребя платок, спросила: «Сынок, а может учиться пойдёшь? Хотя бы в вечернюю?» На что тот баском ответил:
– Ленке ещё три года учиться. Вот поставим её на ноги. Да и дедушке пора отдохнуть. Замаялся он!
Сибирь полна загадок, причём таящих истинное волшебство едва не столетиями. В одном из таких чудес мы убедились, побывав по случаю на одном из многочисленных озёр Томской области. Можно бы всё нами увиденное и услышанное отнести к таёжной скептике: «Эка невидаль! А вот мы в прошлой экспедиции…» Но тут сразу же оговоримся, что в тайге не новички и повидали немало, но тут…
Приехали к брату жены в один из тогда богатых совхозов. Как водится – сибирское застолье, охотничьи байки за полночь и обещание свозить нас, если Леший пустит, на одно озерцо необычное. «А сколько твой «Леший» на лапу берёт за охоту летом?», – спросил я шурина. Но от такого вопроса за столом затихли. А шурин Коля, переглянувшись со взрослым сыном Саней и женой Евгенией, чуть ли не прошептал, поперхнувшись: «Ты, Валера, так не шуткуй! Здесь не город, тайга кругом, а Леший, он везде бывает в наших местах. Сам видел его штучки. Вблизи-то он не показывается, но и издаля шуганёт, подштанники не удержишь. Прости, Галя, перегнул малость.» Моя супруга лишь пожала плечами: «А мне-то что! Хотя одним глазком посмотрела бы. А?! Мужики! Заодно и рыбки половим. Есть хоть чего ловить в твоём расчудесном озере?»
– А ты, сестрёнка, не подначивай! Рыбой нас моя Евгения накормит наивкуснейшей. А вот ловить её вы втроём будете. Ты с мужем, да вот, Санёк ещё. Он там с Лешим в дружбе. Старик мало кого жалует, а то и обидеть крепко может, бывало – до смерти.
– Ну уж, прямо-таки до смерти?! Давно ли заливать выучился, а? Коль, скажи честно: спьяну болтанул.
– А вот и неправда твоя, Галя. А чтобы не трёпа ради, то завтра же и поедем. Мне как раз на дальние дойки заглянуть надобно, коровок попользовать от слепней. А там и до Лешевой заводи на Чудо-озере рукой подать. Только чур, ни на дойке, ни по дороге, а тем паче на заводи Лешего не поминайте: не то быть беде. А уж страху натерпитесь вдосталь. А что до рыбы, так её там прорва. Не больно-то туда рыбачки захаживают, а уж охотников Леший и подавно не жалует: либо в болоте утопит, а то загонит так, что неделю, не-то и боле плутать будешь. Так-вот…
Под впечатлением разговора молча разошлись по спальням. Благо, у главного ветврача, кем работал в совхозе Николай, хоромы были далеко не тесные. «На вырост», как шутил он сам, кивая на сына: «Вот, ужо, поженим…»
А Коля ещё долго возился в чулане с корчагами и удилищами. Договорились выехать в пять утра. Сосны в необъятном дворе Николая ещё полностью были окутаны утренним туманом, как с улицы въехал «газик» – ветеринарка. В минуту загрузились, за рулём шурин сидел сам: не любил по выходным беспокоить своего водителя. Приехали к загону, когда доярки закончили дойку. Так что пока шёл осмотр коров, мы с Саней лакомились парным молоком. Жена и дома, в городе из молочного потребляла творог, да сметану в борще. Да разве что ряженку в охотку.
– Вот и управились с бурёнками! – весело сказал Коля, садясь в кресло далеко не нового «козлика», как именовали в селе его транспорт мальчишки.
Минут через десять неожиданно выехали из лесной чащи на бережок заводи. Она ещё была покрыта лёгким испарением и исчезала в нём метрах в двадцати. Вдоль берега ощущалось неспешное течение. Создавалось впечатление речного пейзажа.
– Коля, а течение-то откуда? Озеро ведь?
– Да, честно говоря, сам удивляюсь. Причем к вечеру оно развернётся наоборот. А пополудни, часа в два-три увидишь нескучную картину: вода в заводи будто разом вскипит. Потом всё утихнет и потечёт наша аква вспять. Ты им, сынок порассказывай маленько, а я поехал на другие дойки. Заеду завтра об это время. Ну, бывайте! Ни хвоста, ни чешуи!
С тем и уехал. А мы «рассупонили» снасти, Саша по огромному кедру-топляку отнёс обе корчаги, где внутри привязал марлевые мешочки комбикорма: «Чтобы не вымывало» – пояснил он. Верёвки от корчаг привязал к сучьям топляка.
– Дядь Валер, бери снасти и иди вон к тому пню у воды. Там увидишь дырки в нём. Туда и воткни обе удочки. А я пока наживку спроворю. А вот тут, смотри, – после обеда, как утихнет вода и сядешь, как в кресло. Тут и кукан приладишь. А я пока для ночлежки и обеда все сготовлю. Да на ушицу во-он у тех кустов рыбки надёргаю!
